При этом Дашка была на все сто процентов убеждена, что ее он ни с кем перепутать не может.
Их связь продолжалась уже несколько лет, но не прискучила, напротив — доставляла обоим все большее удовольствие.
— Что, лысый уехал по государственной нужде? — в тон ей ответил Кудесников.
— Не такой уж он и лысый, — засмеялась Дашка. — К тому же осенью собирается делать пересадку волос. Так что будет лохматый.
— Ну да. А если вдобавок ты его с годик подержишь на хлебе и воде, то он станет похож на Мэрли-на Мэнсона и ты окончательно влюбишься в него.
Дашка захохотала в голос, видимо, представив себе эту картину. Отсмеявшись, требовательно заявила:
— Приезжай прямо сейчас. Продолжим диспут в более подходящей обстановке.
— Извини, дорогая. Я ведь кроме того, что обожаю тебя, еще и немного работаю. В настоящий момент я сижу в…
— …клозете!
— Грубо. В машине. И пытаюсь преодолеть пробку длиной в километр, опаздывая на одну очень важную встречу. Давай позвоню, когда закончу?
— Другого послала бы, честное слово, — вздохнула Дашка.
— Ему девушка сама на шею вешается, а он делами отговаривается. Убью я тебя когда-нибудь, господин частный детектив. И учти, у меня каникулы — два дня. Но завтра я хотела девчонок пригласить.
— Понял. Считай, я уже у тебя! Что пить будем?
— Хозяйственный ты наш! Все готово, включая меня. Жду.
* * *Кудесников любил бывать у Дашки дома. Там было тихо, спокойно и уютно. Окна квартиры выходили в старый московский сквер, отчего воздух, особенно летними вечерами и ночами, был неизъяснимо прекрасен.
Но это была не та квартира, где его подруга проживала с мужем. «Я не враг своим будущим детям, — говорила Дашка. — Соседи не дремлют, а мужья имеют отвратительную привычку неожиданно возвращаться. Поэтому если изменять папе Карло, то в родовом гнезде». Родовым гнездом она называла квартиру, которая досталась ей в наследство от бабушки, а папой Карло — мужа, по паспорту Карла Борисовича.
…Выпив и немного поболтав, они вдруг одновременно с особым выражением посмотрели друг на друга.
И рассмеялись.
— Арсений, дуй в ванну, — приказала Дашка, — я пока постелю.
Когда он вернулся, широченная кровать была уже готова к употреблению. Кудесников с удовольствием раскинулся на ней, с некоторым нетерпением наблюдая за быстрыми перемещениями хозяйки дома. Перехватив его взгляд, она развеселилась:
— Не смей на меня так смотреть, я тебе не сексуальный объект. Я скоро — быстренько порядок наведу и в койку.
