Кудесников готов был поклясться, что на нем красовался Стас Елагин, вид которого надрывал душу хозяйки, и в конце концов она убрала его с глаз долой. На всякий случай Арсений достал блокнот и сделал пометку для памяти. Об исчезнувшей фотографии стоило спросить у Марины. Что-то она скажет?
Тамара вернулась с чашками и растерянно посмотрела на Мерседеса:
— Как вы думаете, Арсений, он мог съесть за один раз полкило куриного мяса?
— Так! — страшным голосом сказал хозяин, и кот, мгновенно сообразив, что расплата пришла, вскочил на лапы и метнулся в коридор.
— Да, это он, — удрученно ответил Кудесников. — Не волнуйтесь, я возмещу убытки. Называется — он сидит на диете! Да лучше бы не сидел, был бы гораздо здоровее. Раньше вот никогда не таскал кусков. А как только я послушался совета ветеринара и перевел его на диетическое питание, у него пробудился зверский аппетит. Подбирает с пола крошки, как электрический веник.
Тамара от возмещения убытков категорически отказалась и посоветовала простить кота, ведь он все-таки животное, а не человек, и не понимает слова «диета».
Кудесников немедленно согласился и простил. Услышав обращенные к нему слова, сказанные примирительным тоном, Мерс некоторое время еще разыгрывал испуг, а потом вернулся в комнату и улегся прямо на хозяйские ноги.
Они еще раз обсудили с Тамарой все подробности того злополучного дня, когда умер Папаскин, после чего Арсений рискнул спросить:
— Тамара, а это правда, что Стас Елагин сначала ухаживал за вами?
Она покраснела так сильно и так стремительно, что Кудесников почти всерьез испугался, как бы кровь, прилившая к щекам, не просочилась сквозь кожу.
— Это вам Фаина разболтала? — спросила она голосом, звенящим от злости и унижения. И даже не стала дожидаться ответа, уверенная, что именно Фаина. — А вам что, важно знать?
— Я просто по-человечески поражен. Неужели вы, такая интересная женщина, не вышли замуж из-за парня, который переметнулся к вашей родной сестре?! Я бы на вашем месте просто из принципа нашел себе другого.
Тамара некоторое время кусала губы, глядя в пол, потом вскинула глаза и резко ответила:
— Я дважды была замужем. Но все оказалось бессмысленным. Мужья мои были несчастными, а я и подавно. Изобразить чувства можно один раз — на свадьбе. А потом, когда начинаются будни и никому уже не нужно ничего доказывать…
— Скажите, а что это такое? — спросил Арсений, совершенно неожиданно переключившись с трудной для нее темы на совершенно постороннюю.
