– Решения Кровавой Короны вызывают у меня сильные сомнения, – сказал Кастил, поглаживая мою ладонь. – Если они доверяли Тирманам, это говорит о поразительной неосведомленности.
– Но они никогда не кормились от меня, – возразила я. – Насколько я помню.
– Да, зато они над тобой измывались, – сурово напомнил он. – На мой взгляд, разница небольшая.
– Мне жаль это слышать, – произнесла королева Элоана, опуская наполовину пустой стакан на столик рядом с диваном.
– Я… – Мой желудок запротестовал сильнее, когда мне кое-что пришло в голову.
– Возможно ли, что Илеана или Джалара узнали, где погребен Малек?
Король Валин глубоко вздохнул, и я еще сильнее напряглась.
– Полагаю, возможно. Это единственное правдоподобное объяснение тому, как Малек оказался твоим отцом.
Я уставилась на них.
Пальцы Кастила замерли на моей руке.
– Ты намекаешь на то, что Вознесшиеся его подняли? Я никогда не слышал, чтобы они его упоминали.
– Им пришлось бы добраться до него прежде, чем он умер, – сказал его отец. – Но даже если ушло всего одно или два столетия на то, чтобы узнать, где он погребен, понадобилось бы очень много атлантианской крови, чтобы привести его в более-менее сознательное состояние.
И даже тогда он был бы… не в своем уме. Сомневаюсь, что он оправился бы даже через сотни лет.
О боги.
Я прижала ладонь ко рту.
Этот намек был настолько ужасен, что я не могла говорить.
– Так когда вы заподозрили, что он восстал? – тихо спросил Кастил.
– Когда увидели ее в Покоях. Увидели то, о чем говорил нам Аластир, – ответила его мать.
– Мы бы поговорили с тобой немедленно, но…
Но времени не было.
Во мне поднялась неуправляемая паника, мешая дышать. Я боролась с ней, а сердце бешено заколотилось в груди. Ничто из этого не меняло того, кем я была. Ничто из этого не меняло того, кем я стала. Это всего лишь имена и байки. Они – не я.
Дышать стало немного легче.
– Единственный способ узнать наверняка, восстал ли Малек, – это отправиться в Кровавый лес, – заявил Киеран. – А это практически невозможно, когда там рыщут Жаждущие и лес находится в глубине Солиса.
– И какой в этом смысл? – спросила я, взглянув на вольвена. – Это только подтвердит то, что мы уже знаем.
Чуть подумав, Киеран кивнул.
– А почему кровавые деревья? – спросила я родителей Кастила. – Почему они вырастают там, где пролилась моя кровь или где погребен Малек? Почему деревья в горах изменились?
– У деревьев Эйос когда-то была алая листва, – ответила королева Элоана. – Когда Атлантией правили божества.
