Джаспер бродил вокруг нас в поисках возможных злоумышленников. – И Незримые, и вольвены имели тогда общие цели: защищать божеств. По крайней мере так считали вольвены.
«Имели тогда общие цели». Очевидно, эти цели впоследствии разделились и изменились.
– Незримые ничем не походили на вольвенов, – сказал Кастил. – Скорее – на группу экстремистов. Они нападали на любого, кого считали угрозой божествам, даже если этот человек просто поднимал вопросы или проявлял несогласие с тем, что хотели божества.
– Это напоминает мне Вознесшихся.
– Я поджала пальцы босых ног. – Никакие вопросы задавать нельзя. Иначе тебя сочтут Последователем и ничем хорошим для тебя это не кончится. Но если Незримые были созданы, чтобы защищать божества, почему они пришли за мной?
– Потому что все закончилось вовсе не так, как начиналось. – Кастил на миг встретился со мной взглядом. – Незримые принесли клятву короне и королевству, но вовсе не тем, кто носит короны. В конце концов они обернулись против божеств.
Что послужило причиной, по-прежнему неясно, но Незримые стали считать, что некоторые решения божеств относительно смертных больше не служат интересам Атлантии.
Я сразу вспомнила Аластира и Янсена. Оба утверждали именно это. Что они действуют в интересах своего королевства.
– Поэтому их распустили, – продолжал король Валин. – По крайней мере так все считали тысячу лет.
– Ты в самом деле думаешь, что Аластир был с ними заодно? – насмешливо спросил Кастил. – Шайка мужчин, которые чувствовали себя неполноценными оттого, что все истинные Хранительницы Атлантии – женщины, и потому отчаянно держались за свое тайное общество?
– Аластир говорил, что состоит в каком-то братстве, – напомнила я.
– Он называл себя Защитником Атлантии.
– До нападения в Покоях я не знал, что Аластир в чем-то замешан, – сказал отец Кастила. – Но увидев те маски в руинах, я начал гадать, не Незримые ли это. Не вернулись ли они и стоят и за другими делами.
Я вспомнила, о чем рассказывал Киеран.
Кастил думал в том же направлении.
– Ты говоришь об уничтоженном урожае, пожарах и погромах?
Его отец сжал губы в твердую линию и кивнул.
– Мы не думаем, что они были активны все это время, – сказала Хиса. – Или, если и существовали, то не предпринимали никаких действий, исполняя свои клятвы. Однако это изменилось. И изменилось перед тем, как пришли новости о том, что принц…
Она замолчала, чуть наморщив лоб, – похоже, подыскивала нужные слова.
