Мне не полагалось, но я не хотела быть беспомощной, как в ту ночь, когда Жаждущие напали на постоялый двор, где мы остановились с родителями, – объяснила я, когда до меня долетел свежий, хрусткий вкус любопытства. Я сознавала, что король Валин внимательно слушал. – Меня обучал один из моих телохранителей, чтобы я могла защитить себя. Он делал это тайком, рискуя карьерой и, возможно, жизнью, но Виктер был таким смелым.
– Был? – тихо спросил король Валин.
К горлу подкатил ком душевной боли, как всегда, когда я думала о Виктере.
– Его убили Последователи во время нападения на Ритуал. Той ночью погибло много людей – невинных людей.
– Мне жаль. – От короля исходило сочувствие. – И жаль, что в этом виновны те, кто поддерживает Атлантию.
– Спасибо, – проговорила я.
Долгое мгновение он смотрел на меня, затем сказал:"
"– Незримые – древнее братство, возникшее по крайней мере тысячу лет назад, после того, как родилось несколько поколений атлантианцев и появились другие кровные линии. Примерно в то время, когда… – Он сделал глубокий вдох.
– Примерно в то время, когда божества начали больше взаимодействовать со смертными, живущими далеко от первоначальных границ Атлантии. Древние начали опасаться, что атлантианцы и другие линии не во всем поддерживают их решения относительно смертных.
– А что это за решения? – поинтересовалась я, почти боясь услышать ответ, если учесть, что мне уже сказали.
– Божества хотели объединить все земли, моря и острова в одно королевство, – сказал король Валин.
Все это звучало не так уж плохо – пока что. – Неважно, что на некоторых землях уже были правители. Божества считали, что могут улучшить жизни людей, как они сделали на землях за горами Скотос, которые уже были заняты смертными. Многие атлантианцы и другие кровные линии с ними не согласились, полагая, что лучше сосредоточить силы на Атлантии. Божества боялись восстаний, поэтому создали Незримых – сеть шпионов и солдат, предназначенных душить любой мятеж еще в зародыше.
Незримые скрывали свои личности, чтобы неузнанными шпионить среди жителей Атлантии. А когда им нужно было, чтобы их увидели и услышали, они носили маски в виде морды вольвена.
– Они подражали тому, что делал Никтос, – добавил Киеран, вытирая лицо тыльной стороной ладони. – Ясно, что попытка была очень неуклюжей, но тем не менее.
– А как к этому относились вольвены? – спросила я.
– Не думаю, что в те времена их это волновало, – ответил отец Кастила.
