– О да, нам тоже нужно поговорить о том, что ты пытался сделать.
Кастил медленно повернул голову к вольвену.
– Что ты пытался сделать?
Киеран скрестил руки на груди.
– Пытался заставить ее сидеть здесь, в безопасности.
Кастил громко расхохотался.
– И как все прошло?
– Настолько безболезненно, насколько ты можешь себе представить, – сухо ответил Киеран. – Я только указал, что ты предпочел бы, чтобы она оставалась невредимой, и напомнил, что она значит для тебя, для меня и…
– Кастил никогда не просил меня сидеть в стороне, – перебила я.
– А он мой муж.
Кастил опустил голову, и из его груди вырвался глубокий, раскатистый звук.
– Муж. – Он прижал губы к моему виску. – Мне нравится слышать это от тебя.
Он поднял голову и посмотрел на Киерана.
– Моя жена может себя защитить. Ты это знаешь.
– Знаю.
Я прищурилась.
– Похоже, все же забыл.
– Не забыл. – Стиснув челюсти, Киеран удерживал взгляд Кастила. – Теперь все изменилось, и ты это знаешь.
– Нет, не изменилось. – Я оторвалась от Кастила.
– Я не королева. Как я уже сказала. И даже если была бы королевой, вовсе не такой, которая будет сидеть без дела, пока другие рискуют своей жизнью. Это не для меня, и я сильно сомневаюсь, что и Кастил будет таким королем.
– Не буду. – Кастил подошел ко мне и обхватил меня за талию. – Она не только способна себя защитить, ей необходимо уметь себя защищать. Вот почему она вольна это делать, будь она нашей королевой или нашей принцессой.
Мое сердце так забилось, что удивительно, как не пробило мне грудную клетку.
Кастил… он понимал меня. Понимал, что мне нельзя чувствовать себя беспомощной.
– Ты единственный, кому я могу по-настоящему доверить Поппи. Только тебе, – продолжал Кастил, и у меня слегка сперло дыхание. – Я знаю, что ты беспокоишься из благих побуждений, и Поппи тоже это знает.
Я уже собиралась открыть рот, но Кастил прижал меня к себе.
– Правда, Поппи?
Я проглотила ругательство.
– Да, я это знаю.
Знала, но была раздражена и пребывала в смятении от всего, что произошло во дворе; сбита с толку и встревожена тем, что наговорил мужчина, стоящий на стене.
– Знаю, что это было из благих побуждений.
Киеран потер челюсть и перевел взгляд на дверь террасы.
– Понимаю, что ты способна себя защитить. Но я пытался остановить тебя по другой причине. Потому что ты здесь в опасности, а этого не должно быть. Это единственное место, которое должно оставаться для тебя безопасным. – Он опустил руку и посмотрел на меня.
