Через мгновение я услышала голос Киерана. Положив дневник на тумбочку, я поплелась в ванную, быстро умылась, но возиться с волосами не стала. Перед уходом проверила в зеркале глаза – серебристо-белое сияние за зрачками не исчезло. Внутри что-то сжалось, но я напомнила себе, что я преждняя.
В целом.
Когда я вернулась в спальню, Кастил вошел с новой тарелкой еды и бутылкой сладкого вина. Заметив его крепко сжатые челюсти, я сразу поняла, что Киеран принес плохие новости. Я села на кровать.
– Что случилось?
– Ничего существенного.
– Правда?
Я смотрела, как он подходит ко мне.
– Да. Это всего лишь мой отец. Помнишь, он говорил, что будет ждать, когда мы сами к нему придем? Видимо, передумал. Он хочет со мной поговорить.
Я расслабилась. Кастил вытащил пробку и налил в бокал вина.
– Тогда ты должен с ним поговорить. Наверное, он волнуется.
– Если я скажу, что мне все равно, я плохой сын?
Он подал мне бокал.
Я иронично усмехнулась и поджала под себя ноги. Сделала глоток. У вина был вкус засахаренных ягод.
– Немного.
– Что поделаешь.
Я подалась к нему.
– Но знаю, что тебе не все равно. Ты любишь родителей. Ты не виделся с ними боги знают сколько времени, и у тебя еще не было возможности поговорить с ними при нормальных обстоятельствах. Так что ступай к отцу, Кас. Со мной все хорошо.
– Кас. – Он прикусил нижнюю губу, уперся кулаками о кровать и наклонился. – Я передумал, не называй меня так.
– Передумал? – Я опустила бокал.
Он кивнул и коснулся губами моих.
– Потому что когда я это слышу от тебя, мне хочется, чтобы мой рот снова оказался между твоих бедер, и это очень сильно отвлекает.
Мои вены затопило жаром.
– Похоже, это твоя проблема. – Я усмехнулась. – Кас.
– Боги, – вымолвил он.
Он быстро поцеловал меня, куснув нижнюю губу.
Когда Кастил выпрямился, в арочном проеме возник Киеран. Он переоделся. Теперь на нем были палевые штаны и заправленная в них белая рубашка без рукавов.
– Ты в самом деле отдыхала или все эти часы задавала Касу один вопрос за другим?
– Я спала, – ответила я, беря с подноса клубнику в шоколадной глазури.
– После того как задала несколько вопросов.
– Несколько? – фыркнул Киеран.
– Да, только…
Я потеряла дар речи, когда Кастил схватил мое запястье и, поднеся мою руку к губам, сомкнул рот на пальцах.
В мои вены хлынул трепет. Он слизывал растаявший шоколад. У меня перехватило дыхание, когда кончик его клыка кольнул мою кожу. Я всем телом ощутила томное тянущее движение его рта.
