"
"– Думаю, Малек любил быть влюбленным и неустанно гонялся за этим ощущением вместо того, чтобы дорожить тем, что уже имел. – Он провел пальцем по моим волосам. – Если слухи о том, что Малек и Избет были сердечной парой, правда, это мог быть первый раз, когда он прекратил поиски и обратил внимание на то, что перед ним.
Я сдвинула брови.
– Все это невероятно грустно, но и вселяет надежду. Я хочу сказать, что если твоя мать и любила Малека, она все равно смогла опять найти любовь. Открыться еще раз. Не знаю… – Я крепче прижала к груди дневник.
– Не знаю, удалось бы мне.
– Поппи, я никогда не дам тебе для этого повода.
Мое сердце растаяло в груди. Что, если я бессмертная? То, что я переживу Кастила, казалось непостижимым, но мы понятия не имели, во что я вознеслась. И хотя пройдут несколько обычных жизней, прежде чем у Кастила появятся первые признаки старения, они появятся. А я… не хотела думать о том, чтобы провести бесконечность без него, сколько бы времени из нее мы ни прожили вместе. Существовали испытания для сердечных пар, но боги заснули.
Существовало еще Присоединение, но я не знала, работает ли оно в обратную сторону, чтобы связать его жизненный срок с моим.
И я не представляла, почему думаю об этом, когда неизвестно, кем я стала и какой мой жизненный срок. Что мне однажды сказал Кастил?
«Не будем переносить завтрашние проблемы в сегодняшний день».
Мне нужно начать жить именно так.
– Но когда мы с Маликом уходили в пещеры, – продолжал он, к счастью, не зная, куда зашли мои мысли, – мы могли сделать вид, будто тех разговоров не было.
Тяжесть и печаль не следовали за нами туда. Внешний мир переставал существовать.
– Но вы тогда были мальчишками.
– Это не имеет значения. Эти чувства остаются, пусть и через сотни лет.
У меня сжалось сердце при напоминании о его возрасте – возрасте, которого я когда-нибудь смогу достичь.
– Эта кровать, эта комната могут стать нашей версией пещер, – продолжал он. – Когда мы здесь, внешний мир не имеет значения. Это будет наш собственный мир.
Мы его заслуживаем, правда?
У меня перехватило дыхание, и я кивнула.
– Заслуживаем.
Его взгляд смягчился. Он провел большим пальцем по моей нижней губе.
– Мне бы хотелось, чтобы мы оставались здесь вечно.
Я слабо улыбнулась.
– Мне тоже.
Но мы не остались – не смогли. Потому что через миг в дверь постучали. Я скатилась с Кастила и встала.
Он вздохнул и тоже поднялся. Остановился, чтобы поцеловать меня в щеку.
– Сейчас вернусь.
