– Сколько людей здесь живет?
– Зависит от времени года, – ответил Киеран. – Бывает, что заняты все комнаты, и многие приходят и уходят, когда нуждаются во временном убежище.
– О! – Я внутренне зарыдала, когда мы прошли еще через две двери. – Какой длины этот коридор?
– Еще немного, – сказал Киеран.
Кастил стал поглаживать мою спину медленными, успокаивающими кругами. Через миг мы завернули за угол, и я увидела тупик – хвала богам. Киеран остановился перед двойной дверью кремового цвета.
– Я решил, что ты захочешь остановиться в своих прежних комнатах.
– Ты часто здесь жил? – спросила я.
Кастил убрал руку с моей спины, и я сразу заскучала по ее касанию.
Он кивнул и открыл одну створку.
– Мои родители не часто сюда приезжают, особенно после того, что случилось с Маликом.
Я подумала, что в этом был смысл.
– Я предпочитал останавливаться здесь, а не в пустом поместье.
Я представить не могла, насколько велик дом его родителей здесь или в столице, учитывая размеры жилища Джаспера.
– Я прослежу, чтобы ваши сумки принесли из конюшни, – сказал Киеран.
– Было бы замечательно. Спасибо. – Кастил взглянул на него и взял меня за руку. – Нам нужно немного времени, прежде чем принимать посетителей.
На лице Киерана мелькнула ироничная усмешка.
– Я прослежу, чтобы моя мать это поняла.
При мысли о встрече с матерью Киерана у меня затрепетало в животе.
Затем он вышел, причем сделал это с впечатляющей быстротой. Может, боялся, что я засыплю его вопросами. Он и не догадывался, что ему не стоило об этом волноваться.
Кастил открыл дверь шире, и я проковыляла в комнату.
Где же кровать?
Это все, о чем я могла думать, шагая по кремовым плиткам в комнату, посреди которой располагались диван жемчужного цвета и два широких кресла. Рядом стоял стол с мраморными ножками, изогнутыми в виде лоз, и два обеденных стула с высокими спинками, обитые темно-серой тканью. Перед закрытой решетчатой дверью стоял шезлонг, а на потолке лениво крутился вентилятор.
– Спальня там. – Кастил прошел под круглой аркой справа.
Я вошла за ним и чуть не споткнулась.
– Это самая большая на свете кровать.
Я уставилась на кровать на четырех столбиках под тонким белым балдахином.
– Это? – переспросил он, откидывая балдахин с одной стороны и закрепляя на столбике. – Кровать в моей резиденции в Эваемоне больше.
– Ну… – Я прочистила горло. – Поздравляю.
Бросив мне усмешку, он вынул из ножен мой кинжал и положил на тумбочку, а затем вытащил свои мечи.
