– Что происходит? – спрашивает Ролланд, держа в руке свежий кофе.
– Я вернусь."
"– Нет, нет, нет, – говорит Бишоп.
Я вырываю у него свою руку.
– Ты не можешь остановить меня.
Он подходит ближе, приподнимая темную бровь.
– О, ты думаешь, что нет?
– На этом этаже у нее десять охранников, все с оружием, – напоминает ему Ролланд. – Если она хочет уйти, она уходит.
Я складываю губы трубочкой.
Бас свирепо смотрит на него.
– Ройс ушел всего несколько часов назад, он вернется только днем. Ты оставишь его одного на все это время.
Я заставляю себя не сглотнуть.
– Теперь у меня есть телефон, Ройс может позвонить мне, Ролланд может позвонить мне, и, кроме того, он не будет один. Виктория где-то здесь. – Я облизываю губы и смотрю на Ролланда. – И у него есть его отец. Может быть, это пойдет вам обоим на пользу, спорим, вам не помешала бы личная беседа?
– Подожди. – Ролланд делает шаг вперед. – Он снова просыпался?
Я качаю головой.
– Да, но медсестра сказала, что теперь он не будет так сильно вырубаться.
Может быть, немного вздремнет, но не более того.
– Могу я… – Он проходит мимо меня с надеждой во взгляде.
– Иди.
Он убегает по коридору.
Я поворачиваюсь к Басу.
– Твоя работа – оставаться со мной, а не бороться. Выполняй, Бишоп, все, о чем я попрошу, пока пыль не уляжется и не обрушатся долбаные роли, для которых мы предназначены. Я обещаю, что ты будешь вознагражден, если это сделаешь.
– Я никуда не уйду, Рэйвен, но я также не хочу, чтобы ты потом о чем-то сожалела.
– Это совсем другое дело.
Это не самоубийственная миссия. Обещаю.
Нахмурившись, он хватает меня за плечи и разворачивает, подталкивая к лифту. Нажимает на кнопку, и лифт открывается, мы оба проходим внутрь.
– Я надеюсь, что ты права, Рэй, потому что, если это не так, это еще больше все испортит.
– Доверься мне. – Я закрываю глаза. – Так произойдет в любом случае.
Глава 31
Рэйвен
– Рэйвен. – Она открывает дверь и плотнее запахивает халат, врывается ветер. Она смотрит за мое плечо, замечает только Баса, и ее встревоженный взгляд возвращается ко мне и синякам на моем лице.
– Ты в порядке?
– Это была ты, да?
Она хмурится, а ее голова слегка наклоняется.
– Горничная, которую он выгнал. Это была ты.
Ее глаза расширяются, а потом глубокая печаль словно охватывает все ее тело.
На ее губах появляется слабая улыбка:
– Я говорила тебе, что однажды кое-кто спас меня.
Я сглатываю.
– Что Ролланд сделал с тобой?
– Он дал мне новый дом. Прятал меня до конца моей беременности.
