По сравнению с ним он был всего лишь мышью в логове льва, но все же. Я случайно проговорилась, что у Брэйшо появилась новая девушка, на которой они зациклились, и как они хвастались ею на своей вечеринке. Я знала, что они пришлют кого-нибудь. Меньше всего Коллинз ожидал, что ты войдешь в его дом той ночью. Он отвлекся, притворяясь, что не смотрит на тебя, хотя его глаза были прикованы к тебе, и забыл отозвать девушку. А потом появились парни.
– И я устроила сцену.
– Нет. – Она, нахмурившись, качает головой.
– Ты проложила свой путь. Ты проявила к ним преданность без колебаний, не зная, что они твои. – Она снова садится, наклоняясь вперед, взгляд решительный. – Ты стояла за того, кого считала в тот момент слабее, потому что чувствовала, что это правильно. Ты показала всем еще до того, как кто-то узнал, кто ты такая, что ты будешь защищать людей, которые не могут постоять за себя. Я ненавидела тебя до той ночи, но после этого возненавидела еще больше.
Я хмурю брови.
– Почему?
– Потому что наконец-то все обрело смысл.
Почему ты стоила больше, почему твоя жизнь отличалась от моей. Тогда я поняла, что никогда не смогу быть больше, чем ты, и в ту ночь ты впервые заставила меня осознать, кем я хотела быть. – Она опускает глаза. – В чем была настоящая причина, по которой я пришла сюда, сама не понимая. Я хотела безопасности, которую этот мир не показал мне, когда должен был, но я была здесь два года, и они никогда меня не замечали.
– Как они могли, когда ты от них пряталась? – спрашиваю я ее, и она смотрит на меня.
– Они видят тебя сейчас, мы все видим. Ты такая же сильная, как и я, Ви. У тебя есть шрамы, чтобы доказать это.
– Ты ничего не знаешь о моих шрамах, – огрызается она.
– Мне не нужно знать, как они появились, чтобы понимать, что они не только снаружи твоего тела.
Она смотрит на меня.
– Перестань вести себя так, будто ты незначительнее меня. – Я сердито смотрю. – Я просто гребаная девчонка, пытающаяся спасти людей, которых люблю, как только могу.
Ты можешь мне помочь.
– Может быть, я этого не хочу! – Она снова вскакивает.
– Чушь собачья, ты этого хочешь. – Я поднимаюсь вместе с ней и толкаю ее на маленький столик. – Я понимаю, ты солгала мне, вела себя так, как будто не знала, что я Брейшо, когда я сказала тебе. Мне все равно. Хочешь знать почему? – Мои брови приподнимаются. – Потому что ты привела меня к ним в ту ночь, когда на меня напали, помогла мне в ванной, когда Коллинз напал на меня.
