– Аластир взялся за спинку кресла и помолчал. – И это может быть проблемой. Уверен, вы видели то проклятое дерево во дворе. Боги послали предостережение.
– Да брось, Аластир, с каких пор ты стал таким фаталистом? – с раздражением сказал Кастил. – Знамение не обязательно означает предостережение. Перемены могут быть как к лучшему, так и к худшему. И в обоих случаях не имеют к ней никакого отношения.
Абсолютно верное замечание – предзнаменование не имеет ко мне никакого отношения. Нелепо предполагать иное. Я скрестила руки.
– А почему может стать проблемой то, что самые старые атлантианцы помнят воинов?
– Ты не имеешь никакого отношения к этому знамению. Грядущие великие перемены не обязательно означают что-то плохое. – Кастил шире расставил ноги. – Способностей воинов-эмпатов боятся главным образом потому, что от них мало что можно было скрыть. И среди всех кровных линий они были ближе всех к божествам.
Аластир выгнул бровь и добавил:
– И потому что они могли вытягивать энергию помимо эмоций. И могли таким образом подпитываться от других.
Их часто называли Пожирателями душ.
– Пожиратели душ? – Я застыла. – Но я такое не могу. Я не могу ничего брать от людей, которым помогаю. То есть не могу брать энергию или еще что-то, и я не могу усиливать страх.
– Я это знаю. Мы это знаем, – успокоил Кастил.
– Но они не знают. – Вольвен убрал руку с кресла и слегка улыбнулся мне. Улыбка не затронула его глаза. – Кастил прав. Нам просто нужно убедить людей, что ты не способна на то, что делали твои предки.
И когда они тебя узнают, то больше не будут думать о небольшой доле твоих предков, которые могли насылать страх.
– Правда? – усомнилась я.
Аластир кивнул.
– Правда. Не стоит об этом переживать.
Я в самом деле надеюсь, что он прав. Поводов для переживаний у меня и без того предостаточно.
Он опять переключил внимание на Кастила.
– И не стоит с такой уверенностью утверждать, что знамение не относится к ней, к вам обоим. Вы собираетесь вступить в брак. Разве это не повлечет великие перемены?
Кастил задумчиво поднял брови.
– Что ж, тут ты прав.
Я прищурилась.
– Ты скоро уезжаешь? – спросил он.
Аластир кивнул, и Кастил взял меня за руку. Я удивилась легкости, с какой он это сделал. Похоже, это действие стало для него привычным. Для меня же каждый раз, когда он берет меня за руку, становится откровением.
– Счастливого пути, – сказал он. – Встретимся в Пределе Спессы.
– Счастливого пути и вам. – Аластир мягко положил руку мне на плечо.
