— Душой, телом, магией низшая взывает к высшей, прими мое сердце, а взамен, — голос дрогнул, а слез стало так много, что мне не удалось их удержать. — А взамен дай мне меня!
Чернота — немыслимая, необъятная — хлынула в меня, уютно устраиваюсь в магических жилах, сплетаясь с белизной моего изначального потока.
А после я открыла глаза.
Пространство вокруг меня дрожало, как если бы всю эту пещеру окунули в жидкое стекло. Рейнхард, с растрепанным хвостом, в окровавленной рубашке стоял ко мне спиной, мечом сдерживая трех, теснивших его ифритов.
Во второй руке он держал ножны, наподобие второго меча, и время от времени одному из ифритов попадало мощным тычком то в бок, то в плечо.
В дальнем углу пещеру мелькал алый плащ Теофаса, который играючи фехтовал с одним из демонов, мешавшему добраться до раненного Байлока.
Ифритов я опознала сразу — по витым рожкам и страсти к обнажению. Доспехи мерцали на них белыми всполохами, лишь когда меч касался обнаженной кожи.
Я боялась даже мизинцем шевельнуть. Стоит Рейнхарду отвлечься на меня, и он мгновенно погибнет.
Судя по тому, как ловко управлялись ифриты своими кривыми саблями, им хватит мига, чтобы достать Рея. Перекрывая им доступ ко мне, тот заведомо находился в невыгодной, статичной позиции.
Зато меня прекрасно видел Байлок. Бледные, искаженные черты осветила злая усмешка, с оскаленных губ полилась черная молитва, взывающая к темному источнику.
Откуда я это знала? Я… просто знала, как если бы сама произносила эти слова. Но эти слова были странными, словно во многих словах переставили местами звуки, ударение, нарушили ритм.
Магия во мне тревожилась и кипела в ответ на молитву.
Около Байлока с каменными лицами застыли четверо демонов, удерживая руками свечение щита, на меня они поглядывали с ужасом. Я невольно подняла руки к волосам в древнем, исконно-женском стремлении привести себя в порядок и вдруг поняла. Из моих рук рвалась магия."
"Черный поток змеился струйками дыма по всей поверхности кожи, и, наверное, со стороны я напоминала собственного волчка.
Черная, в клочьях магии, потерявшая человеческий облик. Наверное, я все-таки вскрикнула, потому что Рей, откинув короткой огненной атакой сразу твоих ифритов, вдруг резко обернулся.
Я по-кроличьи застыла, а после затряслась, понимая, какой он меня видит.
К Рею кинулся последний из четыре ифритов, но он не глядя полоснул его мечом, а после шагнул ко мне. Жадный взгляд обежал меня от кончиков волос до босых ног, словно выискивая невидимые раны.
