— Клео, — шепнул он. — Солнце мое.
Да уж. Солнце из меня было не очень ясное. Будь здесь Лоре, они бы назвала меня солнышком темного леса. Очень, очень темного. Я улыбнулась дрожащими губами. Теперь я была такой, мне… нравилось быть такой.
К Рейнхарду подскочил новый демон, оставив на плече новый порез, но тот словно не почувствовал и пошатнувшись, снова двинулся ко мне. Ифриты, словно обезумев, кидались к Рейнхарду, силясь остановить его, но тот с раскидывал их, как щенков, за его спиной раскрылись угольные, с низким наклоном крылья, левая рука полностью трансформировалась, в глазах горел огонь.
Где-то вдалеке крикнул Теофас:
— Остановись! Неужели не видишь, она перевертыш или маг!
Рей с рыком отшвырнул очередного демона, ему осталось до меня буквально три шага, когда я поймала взглядом огненный вытянутый блик от стрелы, пущенной Байлоком. Должно быть она была концентратом его умений. Стрела буквально прожгла одного из демонов, но не остановилась ни на секунду, до сердца Рея ей оставалось всего…
Стрела врезалась в черную вспышку.
Несколько секунд я недоуменно смотрела на нее, потому что вдруг оказалось, именно из моих рук рвется эта вспышка, и как пылесос, засасывает в нутро любые магические импульсы. Стрела, поблескивая огненными боками, буквально вошла внутрь, пожираемая чернотой.
— Клео!
Рей бросился ко мне, его лицо было искажено таким откровенным ужасом, что я и сама начала бояться.
— Мерзавка! — нир Байлок с безумным взглядом поднял руки и золото стрел ослепило темный свод пещеры.
— Убейте вещь!
Руки у меня затряслись, вспышка сорвалась с пальцев, затапливая пещеру дымным туманом, а после Рей наконец резко прижал меня к себе. Я вцепилась в него, как утопающий в соломинку, потерлась щекой о пропахшую копотью рубаху.
Рей. Рей. Рей.
Он был весь и целиком мой, ценой моих слез, ночей и черного потока.
— Ты не приходил, — шепнула тихонько. — Поэтому прости, прости… Мне пришлось все сделать самой.
Конечно же Рей не услышал.
Пространство наполнилось визжанием стрел, свод пещеры взорвался песчаной крошкой и небо вспыхнуло золотом, понизу полз черный туман. Рейнхард намертво зафиксировал меня в медвежьих объятиях, отгораживая спиной от начавшегося ада.
Краем глаза я видела только оранжевый песок и где-то очень далеко удивительно синее небо.
Одного из ифритов задело стрелой и на песок полилась кровь. Я видела совсем близко его испуганное юное лицо.
