Он пронес меня на руках через весь дом, не обращая внимания на назойливые взгляды рыцарей и прислуги, и вышел в сад.
Я давно не видела настолько гармоничного сада. Запутанный зеленый лабиринт скрывал в себе уединенные лужайки, закрытые беседки, детские качели, многоярусные клумбы. Дорожки ветвились, уходя вглубь цветника, разлитого зеленым кружевом аспарагуса и звезд камелии.
Рейнхард не думая отпускать меня, донес до самого края озера.
— Смотри, — сказал он."
"В синей воле плыли хрупкие белые цветы с неожиданно крепким стеблем.
Они чем-то напоминали земные лилии, я тихо ахнула и, выпутавшись из объятий, подошла ближе.
— Сказочные, — сказала тихо.
Эта синяя вода, белые цветы и… Рей. Слишком мощный, по-военному настороженный даже в собственном Гнезде, он резко контрастировал с этой хрупкой красотой.
— Они похожи на тебя. Я иногда… прихожу сюда.
Он видит меня такой? Рей гармонично смотрелся бы здесь, вот под этим дубом с книгой. Или прямо на берегу, сосредоточенно трогающим озерную воду.
Это ведь объяснение в любви?
В груди часто и мелко билось сердце, радуясь и одновременно тоскуя.
— Это ведь ты спас меня тогда, а не Клавис?
Рейнхард задумался, прежде чем ответить.
— Я дал тебе магию, но дом, лекарей и комфорт обеспечивал клан Тарвиш.
Он вдруг резко дернул меня на себя, а после развернул, впечатывая спиной в дуб. Навис сверху, гипнотизируя серым взглядом.
— Но это я дал тебе магию. Она будет внутри всегда, — он положил ладонь мне на грудь, и меня прошибло жаром.
Вместо ответа я обвила его руками, прильнув всем телом от губ до бедер, чувствуя себя юной и неприлично счастливой. Рядом Реем моя капризная женская натура выбиралась наружу, требуя дурацкого самоутверждения.
— Признавайся в любви, — потребовала я.
Рей поднял на меня потемневший взгляд.
— Люблю.
Признаваться в любви вот так, с каменным лицом, глаза в глаза, ловя дыхание друг друга, не пытаясь лукавить. В этом было что-то немного безумное.
— Ты не рассказал мне, что в Академии пропадают иномирянки.
Ты говоришь, что спас меня, а Клавис утверждает обратное. Я постоянно теряю память, как мне довериться тебе, Рей? Помоги мне поверить.
— У меня нет доказательств, но я знаю твое настоящее имя, Ксения. Ты сама назвала его мне.
От имени, давно стершегося из памяти, на меня дохнуло домом, больничными ромашками на окне, мамиными слезами. Но теперь каким-то странным образом частью дома стал Рей, такой чужой для моего мира.
Нужно решится. Сейчас.
