Кажется, он был недоволен.
— Он, несмотря на то, что я потомок вашего общего врага, не стал мне мстить. Потому что мужчины должны сражаться с мужчинами, — внутри все дрожало, и, видят Боги, это были самые тяжелые переговоры в ее жизни, — а женщин должны беречь и хранить.
— Седрик не сделал различий между нашими мужчинами и женщинами. И детьми, — резко возразил еще один, сидящий близко.
Прости меня, прадед. Не знаю, что там у вас было, но мне нужно выиграть этот бой.
— И вы хотите стать такими же, как ваш враг? — спросила она уже спокойно.
Драконы опускали глаза. Нет, она не выиграла. Но получила немного времени.
— Сколько бы вас ни осталось, — сказала принцесса молчащим угрюмым мужчинам, — на вас все равно лежит ответственность за Пески и их народ. Вы — жизнь этой страны, а не я. Вы могли проснуться в тот момент, когда вообще не было бы потомков Красного женского пола, и что, неужели вы бы ничего не делали? Я не могу обещать вам стать женой Владыки.
Но я готова работать вместе с вами. Одна я не справлюсь. Ведь мир меняют мужчины. Я могу лишь стать проводником в этом новом для вас мире, и то, только до той поры, пока вы не станете знать и уметь больше меня. А это, я уверена, произойдет очень скоро.
Немного лести еще никому не мешало. А теперь нужно дать им обдумать сказанное.
— Я ясно высказал свою волю, — грозно пророкотал рядом Нории, и она сжала кулаки под столом — ну надо же все испортить! — И я недоволен тем, что вы расстроили мою невесту.
Кажется, этот дракон ее не слушал. Или в упрямстве он не уступает Рудлогам.
Но Ангелина промолчала. Не место и не время выяснять отношения. Тем более, что мужчины теперь смотрели на них двоих как-то странно, некоторые даже улыбались.
— Мы не ослушаемся твоего приказа, Владыка, — произнес, наконец, красноволосый Тореди, и остальные закивали, подтверждая.
Когда закончился совет, и красная принцесса, одарив всех сдержанной улыбкой и попрощавшись, удалилась, а за ней через несколько минут потянулись и драконы, в малахитовом зале остались только Нории и Четери.
Чет глядел понимающе, Нории чуть насмешливо, и им даже не нужно было озвучивать свои мысли полностью — так давно они друг друга знали.
— Зубастая у тебя невеста, — высказался, наконец, Чет, посмеиваясь. — И действительно ведь, переживает за возрождение Песков. Правда, способ выбрала не тот.
