Димка едва успел прыгнуть в переход, но закрыть его маги не успели – поток беженцев ворвался в портал. Люди выпрыгивали из него, разбегались в разные стороны. А недалеко от автобусов, из которых тоже бежали люди, стрекотал, поднимаясь на задние лапы, огромный тха-охонг, со спины которого спускались иномиряне, подносили ко ртам еще рога. В них стреляли бойцы, кто-то из врагов падал. Гигантские инсектоиды появлялись один за другим.
- Отступаем к хутору! - заорал Вершинин. - Водители, двигай! Поляна! Ситников!
- В храм! – звонко кричала матушка Ксения.
– Там я вас защищу!
В воздухе вибрировали гортанные переливы рогов. Уже с десяток тха-охонгов появилось у портала, менчане и местные бежали по центральной улице деревни, по берегу озера, автобусы уезжали. Майор Вершинин с подчиненными и несколькими спасателями, оказавшимися далеко от автобусов, засели в храме и стреляли через разбитые окна. С десяток бойцов с огнеметами встали перед Ситниковым и Поляной, присоединяясь к перестрелке.
В них палили в ответ, падали люди, попавшие под рикошет.
Матвей увидел, как с одного из тха-охонгов спускается бородатый иномирянин, одетый куда богаче остальных. Он что-то крикнул своим, указывая на Дмитро и Матвея,и к ним бросились враги. Ситников выругался, выставил перед охраной с огнеметами слабый щит, накрывая и себя, и храм. Нападающие натыкались на него, непонимающе и зло орали, палили из пистолетов. На помощь им двинулся огромный тха-охонг, повинуясь приказу бородатого командира иномирян.
Боднул защиту, визжа от пламени огнеметов, но не отступая, ударил по ней лезвиями – и Матвей снова выругался. Еще удар-два, и провалится.
Зашагали к щиту еще несколько инсектоидов. Остальные выстраивались в боевые порядки, звучали рога – весь берег озера со стороны храма кишел тха-охонгами.
безумевшие люди бежали со стороны Менска, тормозили под щитом при виде инсектоидов, кто-то пытался забежать обратно, натыкаясь на своих. Были там и младые и старые, и женщины и мужчины.
На команды охраны, злые просьбы Дмитро они не реагировали. Матвей не мог говорить, и никак не получалось выбрать момент, чтобы в портале никого не было, чтобы его схлопнуть.
- Маги! – на плохом рудложском крикнул бородатый инoмирянин на первом тха-охонге. – Сдавайтесь! Мы вас не тронуть. Сдавайтесь и мы отпустить всех людей!
Перед глазами у Ситникова замелькали красные пятна. Маленький алтарный камень начал трескаться.
