А через мгновение перед нами появились вишенки:
— Там стол накрыли, мы уже больше не можем на подушке сидеть.
Это они выпалили одновременно. И Развратник, ловко откинув от себя Скромницу, пояснил:
— Я прилетел сказать, что стол уже накрыт. А эта просто следом увязалась.
— Да ты прилетел только потому, что устал на подушке сидеть! — возмутилась моя обычно скромно-ехидная вишенка.
Они затеяли склоку, а я… Я вдруг поняла, что, кажется, имею теперь над ними власть.
— Ну-ка замолчали, — цыкнула я на них.
И они замолчали.
— Ага, — многозначительно произнесла, — а жизнь преподнесла мне отличный подарок.
Стараясь сделать вид, что слова Императора меня не напугали, я принялась стращать питомцев. Теперь буду вбивать в них этикет и сама заодно его немного подтяну."
"— Будь хозяйкой в моей спальне, — рассеянно сказал Император, когда на столе остались одни пустые тарелки. — А я, все же, пойду и пообщаюсь с господином Тиарви. Нехорошо это, когда старый плешивый оборотень смеет не выполнять приказы своего Императора.
Он встал, помог мне выйти из-за стола и тут я вспомнила то, что меня покоробило и напугало:
— Мой Император, не знаю как сказать, но… Быть может, нашего сына будут защищать не гвардейцы?
Я еще помнила это позорище и… Лучше никакой охраны, чем такая!
— Они, как ты и предложила, были отправлены на переделку, — рассмеялся Император, — я вернусь поздно вечером и, если ты не будешь спать, угощу тебя смородиновым шоколадом и расскажу про особый дар Ларовирров. И про гвардейцев.
Он ушел, а я, тихонечко вздохнув, принялась гадать, где могут быть мои вещи. Хотелось найти купальню, полежать в горячей воде и после переодеться в чистое. А не опять обдавать себя колдовской очищалкой!
Но найти удалось лишь мои тетради, украшения и другие, не относящиеся к одежде вещи. Обыскав покои по четвертому кругу, вместо своих платьев я нашла какую-то странную статуэтку. Стояла она весьма укромно, но удобно — на полке у низкого стола, только руку протяни и…
Ой.
У статуэтки отвалилась голова! Готова поспорить, это окажется любимая безделушка Имп…
— Чем могу служить, госпожа?
Вскрикнув, я выронила статуэтку, но она не упала, а зависла в воздухе.
И я, внимательно всмотревшись в замершую передо мной служанку-голема, нашла сходство с фигуркой. Вот значит, как их вызывают.
— Я хочу знать, где мои личные вещи. Платья, рубашки, юбки, академическая форма. Белье.
Голем выпрямилась, ее глаза побелели, и я вдруг подумала, что чем-то ее разозлила.
