Рядом, взметнув мелкий мусор, опустился Император. Он стал человеком вновь и… Кажется, он выглядел немного бледно.
— Мне дурно, — честно сказал Тиверрал. — Отец, дед и прадед писали о том, что мужчина не смеет вмешиваться в танец стихии. А я еще понять не мог, почему обычный полет так пафосно назван.
Я чуть нахмурилась:
— Не понимаю, Ваше Императорское Величество.
— Я не смог тебя догнать, — серьезно сказал он. — Ты как будто светилась изнутри, ты ловила восходящие потоки воздуха и перемещалась в воздухе так, будто рождена летать.
— Мы драконы, — напомнила я.
— Мы рождаемся в человеческом облике, — в тон мне отозвался он и поспешно добавил, — я не пытаюсь тебя осудить или обидеть. Я просто поражен. Ты вернула меня на несколько десятилетий назад.
— Не первый раз, — пожала я плечами, — холодно."
"И только посмотрев на разом помрачневшего Императора, я осознала, как именно прозвучали мои слова. Вот только… Мне не стыдно! Только если чуть-чуть.
— Я люблю своего еще не рожденного ребенка, — сказала я, прежде чем шагнуть в открытый им портал.
— Но это не значит, что мне нравится то, что произошло после… После зачатия. Ваши слова ударили меня очень сильно и теперь эта боль иногда вырывается наружу вот такими неосознанными колкостями.
Тиверрал не успел ничего сказать — я уже прошла портал.
А оказавшись в своей… Точнее, не своей спальне, я вдруг ощутила страшный, сводящий с ума голод. Ох, здравствуй-здравствуй двойной драконий аппетит.
— Май-Бритт?
Мне хотелось съязвить, что за один только этот день я услышала свое имя чаще, чем за всю историю нашего знакомства, но… Я все вижу, что он старается сделать наш брак сносным.
И я тоже не хочу жить в постоянной войне. А потому, отняв руку от живота, чуть виновато произношу:
— Кажется, казна государства сильно оскудеет — есть хочется так, что даже немного больно.
— Ох, — он вдруг улыбнулся, — думаю, что накормить беременную драконицу нашей казне по силам.
Стол накрыли за считанные минуты. И, пока Император выходил, я быстро-быстро осмотрела шкафы.
Он не соврал — там лежали явно мужские вещи и… Лента. До боли знакомая лента. Моя, надлежащим образом зачарованная. Я даже успела забыть о том, что у меня была…
— Я должен был вернуть твои вещи, — тихо сказал так невовремя вернувшийся дракон.
— Прости, — сгорая со стыда произнесла я.
— Ты просто не поверила, что эта спальня моя, — хмыкнул дракон. — Идем, покажу тебе твою.
Он поманил меня за собой.
