Может, в этом и заключался замысел Бенедикта? Если да, он определенно будет разочарован. Мама и папа уже неоднократно доказали, что готовы мной пожертвовать. В их понимании существовал целый ряд вещей, которые гораздо ценнее жизни собственной дочери.
– Я никому не расскажу, – настойчиво уверяла Бриана. – Просто я переживаю, понимаешь?
– За Лиру? – тихо спросила я.
Она вздохнула:
– И за нее. Но и за тебя тоже.
Я слабо покачала головой:"
"– Ведь как раз из-за меня она и подверглась опасности.
Бриана взяла мою ладонь в свои и ласково сжала:
– Это не так.
Она сама приняла решение передать ту записку. А теперь скажи мне, Бенедикт все еще планирует выставить твою голову на Тауэрском мосту или между вами действительно все хорошо?
Я невольно обхватила себя руками, что, наверное, само по себе являлось исчерпывающим ответом.
– Он меня ненавидит, – тем не менее выдохнула я и сглотнула ком в горле.
Эти слова тяжестью осели у меня в желудке и вместе с образом, который Бриана только что поселила у меня в голове, вызвали тошноту.
Когда все закончится – как бы оно ни закончилось, – Бенедикт подвергнет меня заслуженному наказанию. Пребывание здесь станет не только последними днями, которые я проведу с ним, но и, весьма вероятно, концом моей жизни.
Мысль о собственной смерти кажется сюрреалистичной. И пусть я с самого начала своей миссии понимала, что рискую жизнью, а последние несколько дней каждую минуту подсознательно ждала своей казни, все равно к этому не привыкла.
– Мы все уладим, – пообещала Бриана.
– Сомневаюсь, – осипшим голосом откликнулась я.
– Ну хватит. – Она крепче сжала мои пальцы. – Я верю тебе, Флоренс, – продолжала убеждать меня вампирша. – Я же вижу, что ты любишь Бенедикта. Ты бы никогда ему не навредила, и мы ему это докажем, хорошо? Как-нибудь вернем все в нормальное русло.
Как бы мне хотелось, чтобы она оказалась права. Очень хотелось. Но я боялась, что в данный момент шансы на то, что Бенедикт когда-нибудь снова мне доверится, практически равны нулю.
– Спасибо, – невзирая на это, прошептала я и сжала ее пальцы в ответ. – Твоя дружба правда очень много для меня значит, Бри. Но мы должны сосредоточиться на Лире. Это сейчас гораздо важнее. Если с ней что-то случится…
– Она же у твоих родителей, – перебила меня Бриана. – Неужели они правда могут что-то с ней сделать? К тому же максимум после того, как ты с ними поговоришь, они наверняка уступят и отпустят ее. Или?.. – Нотки надежды в ее голосе разбивали мне сердце.
