Взгляд зеленых глаз, казалось бы, бесцельно блуждал по моему лицу, но затем он нахмурился в замешательстве.
– Я мертв? – охрипшим голосом спросил Бенедикт.
С меня схлынуло последнее напряжение.
– Уже нет, – чуть слышно откликнулась я и снова его поцеловала.
Его губы под моими изогнулись в улыбке."
"– И что это значит? – пробормотал он, когда я снова отстранилась.
– Я тоже еще не до конца поняла… – отозвалась я, качая головой.
Мне было слышно, как Валь сообщил кому-то, что это дело рук Моргана. Предположительно Эрис, потому что ее голос сразу разнесся по всему коридору.
– Зачистите остальную часть замка, – приказала она. – Сформируйте смешанные группы. В каждой вампиры вместе с людьми. Прикрывайте друг другу спины, понятно? И никакой самодеятельности.
Армия, которую Эрис привела с собой, похоже, рассредоточилась по коридорам. Некоторые из них пробежали мимо нас, другие бросились назад тем же путем, что и пришли. Меня же не отпускало замешательство после ее слов.
Люди?..
Я подняла голову. И в тот же момент почувствовала, как рядом со мной напрягся Валь.
– Папа? – спросил он.
Я оглянулась, и точно – среди всеобщей беготни стоял наш отец. Его рыжие кудри туго завязаны на затылке. Темная одежда заляпана кровью, а несколько капель испачкало бледные щеки. На поясе у него висел меч, который я узнала по многочисленным тренировкам, и он внимательно изучал нас острым взглядом.
– Я думал, что найду вас уже мертвыми, – проговорил он. На последнем слове голос сорвался. Папа медленно подошел к нам.
Валь встал. Бенедикт попытался сесть, но Хелин, надавив ему на плечо, опустила его обратно на пол.
Отец и Валериан заключили друг друга в объятия. Я же осталась с Бенедиктом. Чем дольше смотрела на отца, тем более неоднозначные эмоции возникали у меня в груди. Я не знала, больше люблю его или ненавижу. И еще не знала, как он относится ко мне. Что он вообще здесь делал? Но прежде чем я успела что-то предположить, папа снова отпустил Валя и нерешительно протянул руку мне.
Я неуверенно взглянула на Бенедикта.
Тот по-прежнему выглядел немного растерянным, но ободряюще мне кивнул.
– Со мной все будет в порядке, – заверил он.
– А я в любом случае должна его осмотреть, – сообщила Хелин.
Я неуверенно вложила свою ладонь в руку отца и позволила ему поднять меня на ноги. Мы оказались лицом к лицу впервые за семь месяцев, и я…
Ради всего святого, я не знала, что чувствовать.
Он тоже колебался. Потом медленно раскинул руки и притянул меня к своей груди.
