Всего мгновение, и все внутри меня начало рушиться. Я смотрела в голубые глаза Валя и не ощущала ничего, кроме жгучей боли.
– Я был там, Фло, – наконец тихо произнес он. – Ждал тебя. И был готов сделать все, чтобы тебя вытащить.
Сердце понимало, что он говорит правду. Но также оно догадывалось, что Валериан еще не договорил, поэтому железная хватка на моей грудной клетке никуда не делась.
– Но? – прошептала я.
Валь сглотнул, и я видела, как он взвешивает слова.
– Правду, – тихо потребовала я.
Он скривился.
– Я не был уверен, что у меня получится, – признался брат. – Охрану резиденции подняли до нереального уровня.
У меня задрожали пальцы. Уронив руки, я стиснула ладони в кулаки."
"– Почему ты мне не сказал?
Валь с беспомощным видом покачал головой:
– А ты бы продолжала доверять мне, если бы я это сделал?
– Да, – без колебаний откликнулась я, и в это маленькое слово, кажется, вместилась вся боль от его предательства. – Я всегда доверяла тебе, Валь, – выпалила я, смаргивая слезы, подступающие к глазам.
– Всю свою жизнь. Безоговорочно. Пока ты не заставил меня об этом пожалеть.
Плечи Валериана поникли, а сам он вдруг стал выглядеть ужасно усталым. Чуть ли не слабым.
– Прости, – хрипло отозвался он. – Ты заслуживала не нас, а чего-то большего, Флоренс.
Я сделала глубокий вдох и на мгновение закрыла глаза.
– Да, – наконец шепотом произнесла я, чувствуя, как эта вновь обретенная истина тяжело оседает в животе. – Боюсь, в этом ты прав.
Глава 11
Любовь вокруг тебя
БЕНЕДИКТЯ услышал Флоренс еще в коридоре.
Нежные звуки арфы проникали даже сквозь толстые каменные стены дворца, и каждая нота все больше нарушала мое внутреннее равновесие.
Прошло уже несколько часов с тех пор, как я отослал ее и Валериана из комнаты для совещаний. Я продолжал работать там, чтобы подольше с ней не встречаться. Ужин уже давно прошел, а на улице царила кромешная тьма. Только дождь продолжал беспрестанно стучать по окнам замка – приглушенный фоновый шум, сопровождающий музыку.
Убедить моих советников в идеях Флоренс оказалось непростой задачей, но в конце концов у них почти не нашлось контраргументов, кроме чистого желания сохранить собственные привилегии.
Заявление о том, что мы делали так во все времена, для меня ничего не значило. Прогресс требовал перемен. И по-моему, некоторых моих советников тоже давно пора заменить.
Что касается Флоренс… похоже, она действительно старалась нам помочь. И я до сих пор не знал, как себя с ней вести.
