Быть может, Союзник поймал ее так же, как и Ваэлина? Быть может, Союзник терзает ее, превращает в тварь, подобную недавно умершей?
— Там ожидает ящик, полный всем и ничем, — ответил Ваэлин.
Теперь коней с лихвой хватало на всех, хотя сентары предпочли бы своих крепких пони большим и покорным воларским лошадям.
— По крайней мере, будет что съесть, когда придут холода, — заметил Альтурк, обрезал подпругу и с презрительной гримасой сбросил седло.
Ваэлин провел утро в пререканиях с вождями горцев. Почему-то они все считали, что им придется драться с Волчьим народом за земли.
— Мы не хотим драться за ваши земли. Мои люди уже возвращаются в тундру, — твердил им отчаявшийся Асторек и повторял для Ваэлина на языке Королевства.
Облачившийся в богато отделанный воларский панцирь Хиркан гордо стоял с топором в одной руке и трофейным коротким мечом в другой; он что-то хмуро сказал.
— Он хочет знать, какой мы потребуем дани, — перевел шаман.
Ваэлину быстро и смертельно наскучили нелепые дрязги и глупые подозрения горцев.
Сейчас они казались ничтожными и постыдными.
— Пускай держатся подальше от уходящих на север людей льда и от моих, идущих на юг.
Хиркан прищурился и заговорил снова.
— Они собрали много золота и драгоценностей на поле боя, — перевел Асторек. — Он не верит, что вы просто уйдете прочь и не попытаетесь отобрать их.
Усталость Ваэлина обернулась внезапной злостью, и он положил руку на рукоять меча.
— Скажи ему, пусть дерется со мной, и я докажу свою правду тем, что вывалю все золото на его труп и спокойно уйду прочь.
Судя по тому, как ощетинился Хиркан, пригнулся, выставил оружие и зарычал, перевод не потребовался.
— Хватит! — крикнула Кираль и ступила между ними.
Она удивила Ваэлина, обрушив на горца поток беглого и, похоже, крайне грубого воларского. Хиркан потерял охоту драться, прищурился, угрюмо кивнул. Когда Кираль умолкла, он что-то буркнул, искоса глянул на Альтурка и попятился, словно ожидал нападения в любой момент. Затем он сказал Кираль что-то краткое и злое, вдруг повернулся и пошел к своим воинам.
— Что вы сказали ему? — спросил Ваэлин.
— Что мой отец заметил их рознь и слабость, — ответила Кираль и кивнула в сторону равнодушного Альтурка, — а мой отец — великий воин и вождь, он вернется сюда со всем племенем и заберет эти горы, потому что местные жители недостойны богатств, дарованных духами."
"— Ну, если что и объединит их, так именно это, — рассмеявшись, подтвердил Асторек.
