Победа тут же возродила прежнюю вражду, горцы разделились на группы и ожесточенно ссорились из-за добычи. Ругательства и проклятия разносились на всю долину. Без сомнения, каждый вождь считал себя главой войска и требовал причитающуюся главарю долю.
Ваэлин молчал, когда горел костер, когда завернутые в меха тела Дарены и Маркена корчились в огне, когда живые говорили прощальные речи мертвым. Даже Альтурк выдавил пару слов о тех, кто погиб за общее дело, Затем все понемногу разошлись, Кара все время плакала.
Может, она так всю жизнь и проплачет?
— Почему это не важно? — осторожно, но настойчиво спросил Эрлин.
Ваэлин посмотрел на него, затем снова обратил взгляд на долину и мертвых, раздетых донага, белеющих в подступившем сумраке. Мертвецы лежали словно в капле воды, широкий край у реки, узкий — у западного края долины, куда они бежали в попытке спастись. Но, похоже, не спасся никто. Ни горцы, ни люди льда не щадили воларцев. Мертвых тоже не считали. Люди льда были счастливы, что обезопасили свое будущее, а горцы вряд ли умели считать больше, чем до десяти.
Сколько же здесь пало? Шестьдесят тысяч? Семьдесят?
— Что ты еще увидел в камне? — не отставал Эрлин.
— Ты прожил бесчисленные века на этой земле, собрал знания множества человеческих жизней — но ты ни разу не пробовал покончить с Союзником. Наверняка возможности появлялись и раньше. Ты же говорил, что тебя многие искали. Отчего ты решил бороться именно сейчас?
— Раньше я всегда знал, что борьба окажется безнадежной и, скорее всего, фатальной для меня.
— Но теперь-то она уж точно фатальна для тебя. Мне показал это камень, — сообщил Ваэлин.
Эрлин присел рядом, посмотрел в долину, откуда еще доносились крики и ругательства.
— Мой Дар притянет его.
— Да.
— И как ты это сделаешь?
— Выбор не в моей воле, — ответил Ваэлин, встал и подошел к костру.
Пламя угасло. Над кучкой пепла вился слабый дымок. Ваэлин знал, что если всмотрится, то различит кости Дарены среди пепла, и закрыл глаза.
Вряд ли она хотела бы, чтобы ее мужчина мучил себя.
— Ты говоришь, что я могу просто уйти? — удивленно произнес Эрлин. — Вот так запросто уйти прочь?
— Завтра утром мы выступаем на Волар. Думаю, там и придет ожидаемый нами финал. Надеюсь, ты присоединишься ко мне. Если нет — я пойму.
— Что нас ожидает в Воларе?
Ваэлин посмотрел на вьющиеся струйки дыма, поднимающиеся в ночь, теряющиеся среди звезд.
