Они просто ушли, предварительно обчистив страну до нитки.
Анна посмотрела по сторонам.
— Похоже, независимости жаждут и здесь, не так ли?
— Африканцы уже определились с внутренней политикой, — сообщил ей доктор Керрингтон. — А ближе к концу этого года передача власти будет закончена. Танганьика станет республикой. Но не волнуйтесь, здесь ситуация иная. Это совсем другая история.
Анна кивнула. Его слова, да еще и произнесенные с такой уверенностью, успокоили ее.
Приблизительно через час лес поредел. Дорога стала ровнее, а шатер листвы над головами теперь пропускал лучи света до самого подлеска.
Анна почувствовала себя более непринужденно. Она опустила стекло, и салон автомобиля заполнил свежий запах зелени.
— Смотрите! — воскликнула она, заметив небольшую антилопу, пасущуюся на поляне. — Это не дик-дик?
Доктор Керрингтон посмотрел туда, куда она указывала, и ударил по тормозам.
— Не двигайтесь, — прошептал он, когда автомобиль остановился.
Впрочем, говорить это необходимости не было: Анна, замерев, не сводила глаз с изящного создания, словно предчувствуя его страх и паническое бегство.
— Как красиво! — выдохнула она.
На несколько секунд все замерло. Затем доктор Керрингтон протянул руку назад и достал ружье. Быстро зарядил его — тихие щелчки показались громовыми в напряженной тишине. Наклонившись к Анне, он высунул дуло в окно, возле которого она сидела, и прицелился.
Анна вжалась в спинку сиденья. Раздался маслянистый резкий щелчок. Звук патрона, скользнувшего по стволу. Грохот выстрела.
Антилопа дернулась. Ее хрупкие ноги подогнулись. Точеная головка поникла.
Онемев от ужаса, Анна смотрела, как доктор Керрингтон выходит из машины и поднимает антилопу. Несет ее обратно — безжизненное тельце безвольно повисло в его руках. Он продемонстрировал добычу девушке, словно мальчишка, хвастающийся уловом. Анна с трудом выдавила улыбку.
— Они… их можно есть? — спросила она.
Доктор Керрингтон кивнул.
— Особенно хороши они жареными. Истинное наслаждение.
Анна, высунувшись в окно, смотрела на дик-дика.
Провела пальцами по шелковистой шкурке — она была еще теплой. По телу антилопы пробежала дрожь, словно прикосновение пробудило ее к жизни. Дик-дик подняла голову и впилась в Анну умным, пронзительным взглядом, а затем неожиданно забилась, отбросив голову назад, так что в машину полетели брызги розоватой крови. У Анны душа ушла в пятки.
Доктор Керрингтон быстро убрал животное.
— Простите, простите, — повторял он. — Я думал, она уже умерла.
