Настоящий доктор Керрингтон, возможно, окажется тощим человечком с жиденькими волосенками.
Анна смотрела на продавщицу бананов, размышляя, стоит ли подойти к ней и задать пару вопросов о Мурчанзе. Возможно поблизости находится деревня. Возможно, там есть телеграф. Или даже гостиница. Это казалось маловероятным, но Анна чувствовала: пришло время подумать о том, что надо будет предпринять, если доктор Керрингтон так и не сможет приехать. Продавщица бананов, похоже, очень нуждалась: ее одеяние было изношено почти до прозрачности.
Анна предположила, что женщина говорит только на языке своего племени и суахили, которым Анна владела вполне прилично, окажется бесполезным.
Она скорее почувствовала, а не услышала шаги, приближающиеся к ней сзади: на пыльной земле они были почти не слышны.
Как только она обернулась, прозвучали слова:
— Мне так жаль…
Голос затих, уступив место тишине. Кричащей тишине.
Перед Анной стоял молодой высокий мужчина с гладкой загорелой кожей. Светлые волосы падали ему на лоб и лезли в глаза.
Синие глаза — яркие и глубокие.
Мужчина отвел взгляд и быстро осмотрел станцию, словно засомневавшись на мгновение, не ждет ли его кто-то еще. И Анна поняла: тогда как она ожидала увидеть доктора Швейцера, Майкл Керрингтон, наверное, рассчитывал увидеть сестру Барбару. Подумав о таком взаимном сюрпризе, Анна рассмеялась. Она не могла сдержаться: контраст оказался слишком резким.
Несколько секунд доктор Керрингтон молча смотрел на нее. Анна наклонила голову, пряча лицо, и попыталась взять себя в руки.
Длинный рыжий локон выбился из тугого узла на затылке и упал ей на щеку.
— Я сожалею, — сказала она, переведя дыхание. — Просто… Я ждала…
— Я знаю, я сильно опоздал. Прошу прощения, — отозвался доктор Керрингтон.
Анна удивленно посмотрела на него: он неловко топтался возле ее багажа.
— Я выехал с большим запасом времени, — продолжал он, — но мне перегородило дорогу упавшее дерево. И я задержался на несколько часов. Так или иначе… — Он выпрямился и протянул ей руку.
— Добро пожаловать, сестра Мейсон. Добро пожаловать в Западную Танганьику. — Он улыбнулся мальчишеской улыбкой, из тех, которые словно вспыхивают на лице, освещая и полностью меняя его.
— Спасибо. — Анна улыбнулась в ответ и вернула непослушный локон обратно в узел. Затем пожала ему руку, чувствуя неловкость, оттого что ладонь у нее такая липкая. Но рука врача оказалась такой же влажной, да еще и шершавой от пыли. — Я очень рада, что приехала сюда.
