Особняк Кики располагал светлыми, чистыми, защищенными от непогоды помещениями и такой роскошью, как электричество и водопровод, но существовала серьезная проблема: лечить большое количество пациентов приходилось при катастрофической нехватке медикаментов. Напряжение росло с каждым новым днем, по мере того как на лужайках собирались те, кому требовалась помощь. У Анны было такое ощущение, как будто она оседлала мощную волну. С помощью Стенли и людей Китаму ей пока удавалось держать ситуацию под контролем, но угроза «наводнения» ощущалась постоянно.
Однако больше всего ее беспокоило состояние жены смотрителя. Организм Ндаталы никак не отзывался на инъекции антибиотиков, и Анна совершенно растерялась, не понимая, как ее лечить. Самым сильным ее желанием было получить совет врача — Майкла, — но в доме Кики радио не было. Стенли собирался съездить на телеграф, как только Анна сможет справиться без него хотя бы один день. Но даже если бы он уехал прямо сейчас, из-за чего царящий здесь хаос лишь усугубился бы, для Ндаталы все равно уже было слишком поздно.
Женщина слабела с каждым часом.
Когда очередной долгий день подходил к концу и последние амбулаторные больные медленно удалялись по саду, Анна направилась в изолятор, чтобы узнать, каково состояние Ндаталы, что она делала довольно часто. Входя в помещение, она боялась обнаружить, что ее пациентка умерла, увидеть, как смотритель сидит у постели, застыв в отчаянии, по-прежнему сжимая руку жены, из которой потихоньку уходит тепло жизни. Но каким-то образом больная держалась.
Она лежала неподвижно, из ее уст вырывалось слабое дыхание. Анна стояла, глядя на нее, чувствуя на себе пристальный взгляд смотрителя. Она стала думать, что бы ему сказать, какое волшебное слово, чтобы отвлечь мужчину от его страданий.
— Как обстоят дела с получением разрешения на нашу работу здесь? — спросила она, отойдя от кровати. — Вы собирались поговорить с европейцем, который живет недалеко от Мурчанзы. С человеком, у которого есть возможность связаться с владельцем имения.
Смотритель протер глаза, затуманенные из-за недосыпания.
— Я сделал то, что обещал, — глухо и невыразительно ответил он. — Он согласился связаться с владельцем, живущим в Америке. Он передаст ему, что вы желаете арендовать этот дом.
— Этот европеец уже знает, что мы здесь? — уточнила Анна.
Какое-то время смотритель молчал. Когда же он наконец заговорил, его слова были понятными и откровенными.
— Моя жена очень больна. Ей нужна больница. Ей нужны вы.
