Если бы он был кем-то другим, я бы ему не поверила, но когда его рот коснулся моего, все остальные мысли растаяли. Ветер, почти высохшие слезы, гребаный путь, который я проделала, чтобы попасть сюда… все это не имело значения, когда я запустила пальцы в его волосы и с готовностью ответила на его поцелуй.
Все, через что я прошла, стоило того ради этого момента. И да, пара, целующаяся на вершине Эмпайр-Стейт-Билдинг после своего большого примирения, была таким киношным клише, но, как я уже говорила…
Иногда в ромкомах все было правильно.
ГЛАВА 44
Когда я снова вошел на смотровую площадку и увидел стоящую там Слоан, мое облегчение было настолько сильным, что я не мог пошевелиться целых пять секунд.
Я ждал там несколько часов, и был момент — много моментов, — когда я думал, что она не появится. Я был уверен, что облажался, поставив ей ультиматум, и что я уничтожил свои шансы вернуть ее в будущем.
Но каким-то чудом она появилась, и это было все, что мне нужно, чтобы больше никогда ее не отпускать.
Мы недолго пробыли в Эмпайр-стейт-билдинг. Во-первых, было чертовски холодно. Во-вторых… ну, у нас были дела поважнее.
Мы со Слоан зашли в ее квартиру, не отрывая друг от друга ни рук, ни ртов.
Мы знали тела друг друга так хорошо, что возбудить их было очень легко — мне лишь стоило погладить чувствительное место за ее левым ухом, а ей проскользить от моего живота к груди и плечам.
Наша одежда оставалась на полу от входной двери до ее комнаты, где я толкнул ее на кровать и замер, чтобы запечатлеть ее вид.
Слоан смотрела на меня снизу вверх, ее губы припухли от моих ласк, а глаза сияли так, что у меня сжалось сердце.
Я люблю тебя.
Три слова, произнесенные бесчисленное количество раз бесчисленным количеством людей на протяжении веков. Но, когда они исходили от нее, они были способны поставить меня на колени."
"Я снова поцеловал ее, неторопливо прокладывая путь от ее рта к шее и плечам. Затянувшись, я добрался до ее груди, где нежно провел зубами по твердым соскам.
По ее телу пробежала дрожь, а стоны превратились в мольбы, пока я лизал, сосал и дразнил ее, пока она не стала умолять меня трахнуть ее.
— Пожалуйста, — задыхалась Слоан. — Ты нужен мне внутри меня. Ксавьер. — Она снова заскулила, когда я наконец отпустил ее груди, чтобы поцеловать ее живот и добраться до ее возбуждения. Она была такой чертовски мокрой, что у меня пересохло во рту.
Я хотел прикоснуться к ней, попробовать ее на вкус, наполнить ее.
