Я не хотел снова переживать боль утраты.
— Все в порядке, — Слоан повернула голову, и я проследил за ее взглядом на лист бумаги на кофейном столике.
При ближайшем рассмотрении обнаружился аккуратно напечатанный список инструкций по уходу за рыбкой.
1. Кормить её одной гранулой корма раз в день каждый день, кроме воскресенья.
2. НЕ кормить её больше положенного количества, иначе она переест.
3. По воскресеньям кормить её замороженными креветками для насыщения.
4. Температура воды должна постоянно поддерживаться на уровне 22,8 градусов по Цельсию.
Остальная часть списка была заслонена другой бумагой, но было очевидно, что она много думала об этом.
— Она была всего лишь золотой рыбкой. — Слоан подняла инструкции, разорвала их пополам и выбросила в стоящую неподалеку корзину для мусора. — Она даже не была по-настоящему моей. Она не могла покинуть свой аквариум, шуметь и делать все, что делают другие питомцы. Она не самая умная и не самая милая, и, наверное, она не… — Ее подбородок снова дрогнул.
— Я имею в виду, что она, вероятно, не знала и не заботилась о том, кто я такая, пока я ее кормила.
— Она была у тебя много лет, — мягко сказал я. — Это нормально — испытывать горе из-за смерти питомца.
— Для других людей. Но не для меня. — Она взяла в руки мой пиджак и брюки. Обычно я не одевался так официально, но в ресторане был строгий дресс-код. Осознание этого стерло часть стоицизма с ее лица. — У нас был забронирован столик, не так ли? Прости.
Я собиралась сделать кое-какую работу перед отъездом, но увидела ее, когда вернулась домой, и мне пришлось решать, что делать с ее телом. Потом мне пришлось вычистить аквариум, потому что нет смысла держать его там, когда она мертва, и когда я была на кухне, то увидела все эти пакеты с неиспользованным кормом для рыб, которые мне явно больше не нужны, так что я…
— Слоан. Все в порядке. Это просто столик. — Я наклонил ее лицо, чтобы ее глаза встретились с моими.
— Это не так важно.
Она сглотнула, и вокруг ее глаз и носа появился розовый оттенок.
— Да, — сказала она с трудом. — Думаю, так и есть.
Она не сопротивлялась, когда я притянул ее к своей груди, и когда она выгнулась в мою сторону, совсем чуть-чуть, мне захотелось обнять ее крепко и никогда не отпускать.
— Что ты сделал? — спросила она. — Когда Херши…
— Я плакал, — честно признался я. — Много. Он был моим лучшим другом.
