Если он не ценит тебя такой, какая ты есть, то он, черт возьми, не заслуживает твоего времени и энергии.
Его выражение лица было свирепым, а прикосновение словно пыталось впечатать его убеждения в мою душу.
Это произошло так внезапно, что мои ноги бы подкосились, если бы я стояла на них.
В животе у меня забурлило, а затем появилось головокружительное, дезориентирующее, почти приятное ощущение того, что я схожу с ума. Я словно превратилась в маленькие пузырьки шампанского, и просто плыла за его словами, что было удивительно после такого дерьмового дня.
Ксавьер Кастильо. Только ты.
— Ты должен быть мотивационным тренером, — я улыбнулась. — Ты был бы лучшим в своем деле.
— Я запомню. — В кои-то веки он не сдержал улыбку. — Скажи мне, что ты понимаешь, Луна. Ни в чем из того, что случилось, ты не виновата. К черту Бентли, к черту Джорджию и к черту твою семью, — он сделал паузу. — Кроме Пен.
Я снова рассмеялась, утирая слезы.
— Я понимаю.
Действительно понимаю.
Я пришла к тому же выводу за несколько секунд до речи Ксавьера, но думать об этом и слышать, как кто-то другой подтверждает это, — две разные вещи.
Груз свалился с моих плеч, и впервые за много лет мне стало легче дышать.
Встреча с семьей началась как катастрофа, а закончилась как терапия. Вот это да. Ничто в моей жизни не работало так, как должно было, с тех пор как в нее вошел Ксавьер. Но я не жаловалась.
— Хорошо, — он убрал руки с моих плеч, но на его лице сохранилась настороженность. — Нам, наверное, стоит поскорее убраться отсюда, если ты не хочешь снова увидеть Пен.
— Она не проснется еще какое-то время, а я не хочу, чтобы у Реи были неприятности. — Я рассказала об инструкциях отца. Ксавьер выругался, отчего я улыбнулась. — Но я согласна. Мы должны уйти, пока персонал не начал задавать вопросы.
Быстро взглянув на часы, я поняла, что мы здесь уже… черт.
Два часа? Как такое возможно?
— Мы заедем поужинать. Потом я подвезу тебя до твоей квартиры, — сказал Ксавьер, когда мы вышли из здания. На улице уже стемнело, и бодрящий холодок пробрался под слои пальто и свитера.
— Ты, наверное, голодна.
— Не такая уж я и голодная. — Несмотря на недавний катарсис, я покраснела при мысли о возвращении в пустую квартиру. Ну, там была Рыбка, но она была не особо компанейской.
Обычно я не возражала против одиночества. Мне это даже нравилось. Но после последних нескольких часов мне нужна была физическая разрядка. Что-то, что помогло бы встряхнуться.
— У меня есть идея получше.
