Я редко в чем клянусь, но все свои клятвы стараюсь выполнять. И не важно, кому я дал слово — праведнику или подлецу. Я исполню это.
В этот момент снова распахнулась зверь, пахнуло прелыми листьями и дождями, и на пороге появилась Осень — замерзшая, босоногая, в изорванном платье.
— Мерзавка! — прокричала Осень, с остервенением выдергивая из растрепанных волос мелкие сосульки. — Ты это нарочно?! Что ты сделала?! Почему Зима стал так силен?!
При виде бывшей союзницы Пустота затряслась, словно смерть свою увидела.
— Магистр, — выкрикнула она в ужасе, — держите ее! Не подпускайте ее ко мне!
— Кого? — быстро спросил Аргент, оглядываясь. — Я не вижу никого. Вам плохо? Начались галлюцинации? Вернулась болезнь? Что?
— Какая болезнь! — под издевательский хохот Осени ответила она. — Здесь она, Осень! Спасите меня от нее!
— Справа или слева? — быстро спросил Аргент.
— Справа! — выкрикнула Пустота, но Аргент шагнул влево. — Да справа от меня, слепой вы болван!
— Надо уточнять сразу, — огрызнулся Аргент.
Его черный алмазный хлыст ударил в указанное место, дробя пол, самым кончиком попадая и разбивая каменную кладку на стене. Но Осень была уже в другом месте, вне досягаемости Аргента, и заливисто хохотала, наступая на перепуганную Пустоту.
— Что, — шипела она шуршащим, как осенний дождь, голосом, — задумала от меня избавиться? Нашла себе сообщника попроворнее? Будешь его на меня натравливать? Подлая лгунья! Надо было понять, что ты в любой момент предашь, капризная дохлая девчонка!
— И вовсе нет, — дрожащим голоском пискнула Пустота, сторонясь от разозленной Осени.
Черный хлыст полоснул по полу прямо перед ней, но Осень вновь вывернулась из-под его удара, хихикая. — С чего ты взяла? Сама вламываешься, как враг, пугаешь и оскорбляешь меня…
— Дрянь, дрянь! — заголосила Осень, топая ногами. — Ты подарила время Зиме! Мои владенья почти им захвачены! С тобой рядом я вижу Аргента, нового союзника! И после этого ты будешь утверждать, что не хотела обмануть и уничтожить меня?!
Она накинулась на Пустоту и вцепилась в ее волосы.
Наверное, это странно и жутко смотрелось с стороны — орущая, визжащая женщина, словно одержимая демонами, бьющаяся из стороны в сторону. Настолько жутко, что Аргент отступил, опустив руку с хлыстом, не зная, куда бить. Жуткие, ломающиеся тени метались по стенам, и магистр отступил еще дальше, не смея вмешаться в страшную драку двух безумных.
— Мерзавка! — кричала Осень, вцепляясь ногтями в лицо Пустоты.
