Мы столкнулись с силой футбольного подката — моя рука обнимала ее за талию, ее ладони упирались в мои предплечья и воздух вибрировал от тревожащего чувства дежавю.
Мое сердцебиение участилось, даже когда я молча проклинал вселенную за то, что она постоянно сталкивает нас друг с другом. Буквально.
Изабелла моргнула, глядя на меня, ее глаза в тусклом свете были похожи на сочные озерца шоколада.
— Я была права, — сказала она. В ее игривом голосе слышался намек на придыхание, которое дымчатыми завитками пробиралось через мою грудь.
— Ты преследуешь меня.
Господи, эта женщина была чем-то другим."
"— Так получилось, что мы вышли из туалета в одно и то же время. Вряд ли это можно классифицировать как преследование, — сказал я с бесконечным терпением. — Могу я напомнить тебе, что встал из-за стола первым? Если уж на то пошло, я должен спросить, не преследуешь ли ты меня.
— Прекрасно, — согласилась она. — Но как насчет того, когда ты последовал за мной в комнату с пианино? Дважды?
Тупая пульсация возникла у меня за виском.
Я вдруг пожалел, что согласился на ужин.
— Сколько раз ты собираешься поднимать этот вопрос?
— Столько раз, сколько тебе потребуется, чтобы дать мне прямой ответ. — Изабелла встала на цыпочки, приблизив свое лицо к моему. Каждый мускул в моем теле напрягся. — Кай Янг, ты влюблен в меня?
Абсолютно нет. Сама идея была абсурдной, и я должен был сказать ей об этом немедленно. Но слова не выходили, и я колебался достаточно долго, чтобы глаза Изабеллы расширились.
Их дразнящий блеск потускнел, уступив место тому, что выглядело как тревога.
Раздражение вспыхнуло в моей груди. Я не был романтически заинтересован в ней — мой интерес был интеллектуальным, ничего больше, — но была ли перспектива настолько ужасной?
— Мы не в старшей школе, — сказал я напряженным голосом. — Я не влюбляюсь.
— Это все еще не прямой ответ.
Мои задние зубы сжались. Прежде чем я успел сообщить ей, что мой ответ, по сути, был прямым ответом, если она читала между строк, низкое гудение наполнило воздух, за которым последовало зловещее мерцание огней.
Низкий, коллективный ропот усилился в столовой.
Изабелла напряглась, ее пальцы обвились вокруг моих бицепсов. Мой пульс глухо забился в венах.
— Что такое?
У нее не было шанса закончить предложение, прежде чем по залу пронесся еще один гул, пронзительный и сердитый, как пила, вспарывающая дерево.
Затем, с последним, шипящим мерцанием, свет полностью погас.
