Я лучшим в своем классе закончил Оксфорд и Кембридж, преуспел в теннисе и поло и свободно говорил на семи языках. Я основал благотворительную организацию для финансирования искусства в недостаточно обслуживаемых районах, когда мне было восемнадцать, и я был на быстром пути к тому, чтобы стать одним из самых молодых руководителей Fortune 500 в мире.
За тридцать два года моего пребывания на земле никто никогда не говорил мне, что мне чего-то не хватает.
Хуже всего было то, что при ближайшем рассмотрении Изабелла оказалась права.
Да, моя техника превзошла ее. Я точно ударил по каждой ноте, но пьеса не вдохновила... Ничего. Приливы и отливы эмоций, которые характеризовали ее исполнение, исчезли, оставив после себя стерильную красоту.
Я никогда не замечал этого, когда играл сам, но после ее выступления разница была очевидна.
Моя челюсть сжалась. Я привык быть лучшим, и осознание того, что я им не был, по крайней мере, не в этой конкретной песне, раздражало.
— Чего именно, по-твоему, мне не хватает? — Спросил я ровным тоном, несмотря на рой мыслей, вторгшихся в мой мозг.
Мысленное примечание: Заменить игру на фортепиано теннисом с Домиником, пока я не устраню эту проблему. Я никогда не делал ничего менее чем идеально, и это не было бы для меня исключением.
На щеках Изабеллы появились ямочки. Казалось, она получала огромное удовольствие от моего недовольства, что должно было привести меня в ярость еще больше. Вместо этого ее дразнящая усмешка почти вытянула из меня ответную улыбку, прежде чем я поймал себя на этом.
— Тот факт, что ты не знаешь, является частью проблемы. — Она шагнула к двери. — Ты разберешься с этим сам.
— Подожди. — Я встал и схватил Изабеллу за руку, не задумываясь.
Мы замерли в унисон, наши глаза встретились на том месте, где моя рука обхватила ее запястье. Ее кожа была мягкой на ощупь, и трепетание ее пульса соответствовало внезапному учащению моего сердцебиения."
"Тяжелая, пропитанная напряжением тишина разрасталась вокруг нас, как гриб.
Я был сторонником науки; я не верил ни во что, что бросало вызов законам физики, но я мог бы поклясться, что время физически замедлилось, как будто каждая секунда была заключена в патоку.
Изабелла заметно сглотнула. Крошечное движение, но этого было достаточно, чтобы законы встали на свои места и вмешался разум.
Время ускорилось в своем обычном темпе, и я отпустил ее руку так же резко, как и схватил ее.
— Прошу прощения, — сказал я, мой голос был напряженным.
