– Вы не интересовались у береговой охраны, поблизости от города скалы не рушились? – спросил Николай Комиссаров.
– На данный момент известно только о той скале, на которой стоит ваш институт, – ответил Воронин. – Но я постараюсь все выяснить.
– Уж постарайтесь, ведь это такое важное открытие!
– Сколько же лет этому кораблю? – прищурившись, спросил Михалыч.
– Я не слишком хорошо разбираюсь в корабельном деле, – нахмурил густые брови Николай, – но, похоже, около двух сотен. Точнее скажут наши ученые.
Я также попрошу их сделать запрос в местное историческое общество и изучить списки судов царского российского флота. Хорошо, что название нам известно. «Арканум»… Может, удастся найти хоть какую-то информацию об этом судне.
– Говоришь, журналисты уже пронюхали? – обратился Алексей к Михалычу.
Но вместо старика ответил Комиссаров.
– Естественно! – ухмыльнулся он. – Репортеры уже ждут на пляже, но я распорядился никого сюда не пускать, пока полиция и ученые не закончат свою работу.
– Похвальное решение, – не мог не отметить Воронин."
"– Все для вас, господа, – широко улыбнулся Комиссаров. – И у меня есть предложение: отбуксировать судно на пристань нашего института. Она закрыта и огорожена со стороны берега, так что никто посторонний туда не заберется, разве что только со стороны моря. Доступ полиции, разумеется, будет предоставлен. Это спасет «Арканум» от излишне любопытных журналистов, блогеров да и просто мародеров. Вы не возражаете?
– Вовсе нет, – обрадовался Алексей.
– Если честно, я сам думал, куда бы его спрятать подальше от любопытных глаз… Так что вы нас сильно обяжете.
– Распоряжусь сейчас же, – сверкнул белозубой улыбкой Комиссаров. – Ну а теперь не хотите осмотреть трюмы?
– Почему бы и нет.
Николай Вадимович протянул Алексею и Михалычу по электрическому фонарику и жестом пригласил полицейских следовать за собой. Они спустились вниз по скрипучей деревянной лестнице и оказались в коридоре, по стене которого располагались двери кают и других помещений.
Под палубой царил полумрак, свет проникал сюда через зарешеченные люки в потолке. Некоторые двери были сорваны с петель и валялись, разбитые в щепки, словно кто-то крушил все вокруг в приступе ярости.
Деревянные стены были покрыты обширными пятнами серой плесени. Алексей двигался аккуратно, стараясь ни к чему не прикасаться. Запах сырости и затхлости, который не понравился ему еще на палубе, здесь буквально валил с ног.
