На ретивого моряка посыпались награды: павлиньи перья на шапочку (по европейским меркам нечто вроде высокого ордена), адмиральский чин, эскадра военных кораблей в подчинение. После чего новоявленный адмирал сам стал возить опиум на этих самых кораблях – понятно, за хороший процент…
Одно время в Лондоне вокруг торговли опиумом кипели оживленные дебаты. Боже упаси, не подумайте, что это какие-то прекраснодушные идеалисты хотели эту торговлю запретить. Просто-напросто монополию на торговлю опиумом в Китае держала Компания, и у многих денежных людей при виде ее прибылей откровенно текли слюнки.
Объединившись в нехилое лобби, они надавили на палату общин и правительство, и в результате очередным парламентским указом монополию у Компании отобрали и позволили торговать опиумом в Китае любому англичанину, были бы деньги (кое-какое количество опиума в Китай ввозили и американцы, но прямо-таки ничтожное по сравнению с английскими поставками, даже сравнивать нечего)."
"Нужно уточнить, что и центральные власти, и императоры долго смотрели на поток опиума сквозь пальцы и активных действий против контрабандистов не вели.
Раз в несколько лет в Гуандун наезжали столичные ревизоры, изымали в казну часть полученных местными чиновниками взяток, но этим и ограничивались, уезжали, никого не наказав. А император трижды в год получал от гуандунской таможни ворох ценных подарков, так называемый бэйгун – дорогие часы, музыкальные шкатулки и прочие драгоценные безделушки. Верхи, в общем, смотрели на поток наркотиков довольно благодушно.
До поры до времени…
Думаю, следует кратенько рассказать о ситуации в Китае того времени – это будет полезно для понимания последующих событий.
В 1644 г. власть в Китае захватили маньчжуры, свергнувшие прежнюю династию и основавшие свою – Цинь (к слову, свергнутую только в 1911 г.). Китайцам-ханьцам они ни с какого боку не родственники, маньчжуры – народ монгольского происхождения. По сравнению с китайцами их было очень мало, но люди были энергичные, целеустремленные и железной рукой держали власть в стране.
Режим, который они установили, так и подмывает назвать колониальным. Все мало-мальски серьезные должности в государственном аппарате зарезервированы за маньчжурами. Армий в стране имеется две – «восьмизнаменная армия», нечто вроде гвардии исключительно из маньчжур, и «армия зеленого знамени» из одних китайцев, получавших гораздо меньшее жалованье. Для китайцев и для маньчжур – разные суды и тюрьмы.
