Только предупреждаю сразу: возьмите счетное устройство помощнее. Когда я попытался сделать расчет первой позиции с помощью телефонного калькулятора, он зажег надпись: «За пределами». То есть ему не хватило места для нулей. Но и так ясно, что речь идет даже не о десятках – о сотнях тонн серебра.
А ведь это данные только за 15 лет. В предшествующие годы никакого учета не велось. Между тем истории точно известен год, в который англичане привезли в Китай первую партию опиума, – 1773-й. И поток после этого шел непрестанно.
Сколько серебра англичане высосали из Китая за эти полсотни лет, так и останется неизвестным, но нет сомнений, что и здесь счет следует вести на тонны – на многие тонны…
Стало ясно, что с благодушием пора кончать и срочно что-то делать. Император созвал совет из высших сановников и губернаторов провинций. Было высказано три точки зрения.
1. Оставить все как есть, потому что все равно ничего сделать не удастся."
"2. Легализовать торговлю опиумом и обложить ее налогом в пользу казны.
А вдобавок вышвырнуть «английских дьяволов» с их опиумом и увеличить производство собственного «продукта».
3. Принять самые жесткие и решительные меры.
Последнюю точку зрения активно отстаивал Линь Цзэсюй, человек интересный. Не только крупный государственный деятель, но и поэт – сочетание в Китае не такое уж редкое. А главное – предельно честный и неподкупный. Будучи наместником провинций Хунань и Хубэй, он в отличие от многих своих коллег с дурманом боролся всерьез.
Только в 1838 г.
он конфисковал 12 тысяч лян опиума и 5 тысяч трубок (для курения опиума применяются особые трубки, обычные не годятся).
Его точку зрения император и принял.
18 марта 1839 г. в Гуанчжоу-Кантон, центр английской наркоторговли, неожиданно вошел сильный отряд солдат под командой Линь Цзэсуя. Первым делом Линь арестовал стоявшие на рейде 22 английских судна, под завязку груженные опиумом. Потом потребовал от китайских торговцев прекратить всякие операции с опиумом, а от англичан – предоставить точные данные о количестве опиума на складах.
Главный босс английского наркотрафика, капитан Чарльз Элиот, стал ерепениться – впервые за семьдесят почти лет британцы столкнулись с такой наглостью со стороны «косоглазых». Тогда по команде Линя солдаты заняли все опиумные склады в городе, вооруженного сопротивления они нигде не встретили – за эти годы белые сахибы привыкли к полнейшей безнаказанности, и ни у кого не нашлось даже паршивенького пистолетика.
