И на какое расстояние он сможет уйти за это время в наших условиях?
– Во-первых, Фриду нужно покинуть этот район, – начал загибать пальцы Буторин. – А он знает, что его группа почти уничтожена, о ней знает наша контрразведка и его ищут. Тем более контрразведка знает о документах, которые он несет с собой. Значит, он должен одним броском уйти подальше и затаиться, осмотреться, выбирая направление на нужное ему место для контакта с командиром определенного или любого немецкого подразделения. В любом случае это займет уже сутки.
– Я бы сказал, что он именно затаится, чтобы понять, какие мы предпринимаем действия, – возразил Коган. – Рваться сразу из этого района – означает действовать наобум. Фрид не такой человек, он наобум не действует. Я даже сомневаюсь, что в его планы вообще входит возращение к своей группе. Точнее, к остаткам своей группы. И фразу про трое суток я бы не стал воспринимать всерьез. Звучит правдоподобно, а это главное в общении со своими людьми. Чтобы у тех не возникло паники, чтобы они продолжали выполнять задачу.
– Значит, у нас есть пара дней, чтобы вычислить направление его движения и остановить, взять Фрида, – подвел я итог. – Тогда действуем следующим образом. Нам нельзя допустить, чтобы остатки группы Фрида совершили диверсии в наших тылах. У контрразведки, у Званцева сил не хватит, чтобы прикрыть все объекты, организовать засады, выявить пособников, которых Фрид может привлечь. Тем более что Фрид может лично реализовать эти планы, чтобы ему было с чем возвращаться к своим хозяевам.
Поэтому Буторин и Коган займутся потенциальными объектами, где группа Фрида может совершить диверсии, и будут искать его там. Мы с Сосновским проанализируем возможные пути движения Фрида к своим, на случай, если он не намерен лично принимать участие в диверсиях на складах и просто двинется к линии фронта. Все, действуем по обстоятельствам. Дмитренко я попрошу отправить в контрразведку к Званцеву. Пусть его там потрясут, выявят связи, попытаются через него выйти на другие группы на линии нашего фронта.
Через два часа в расположение части притащили на буксире нашу машину, и механики принялись за ее ремонт. По радио отправили сообщение в особый отдел, чтобы забрали арестованного диверсанта. Пожелав успеха ребятам, мы с Сосновским отправились на трофейном «мерседесе» к линии фронта. Мы наметили несколько мест, где, по нашему мнению, мог затаиться Фрид.
