Фигура её оставалась великолепной — это замечал не только Фишер, — но всё-таки Тесса уже не казалась тридцатилетней, как тогда, на Аделии.
Тесса тоже это знала, но решилась заговорить об этом с Фишером только неделю назад.
— А всё ты, Крайл, — сказала она, когда они лежали в постели: возраст чаще всего заботил её ночами. — Ты виноват. Это ты продал меня Земле. «Великолепная планета, — говорил ты. — Огромная. Многообразная. Всегда что-то новое. Богатая планета».
— Разве не так? — спросил он, зная, чем именно она недовольна, но давая ей возможность излить свои чувства.
— А о тяготении ведь умолчал. На всем этом колоссальном шаре одна и та же сила тяжести. Над землёй, под землёй, здесь, там — повсюду g, одно g, только g. Умрёшь со скуки.
— Тесса, мы не знаем ничего лучше.
— Знаешь. Ведь ты же жил в поселениях. Там человек всегда может выбрать подходящий уровень гравитации. Можно порезвиться в невесомости, дать мышцам возможность расслабиться… Как можно жить без всего этого?
— Спортом можно заниматься и на Земле.
— Ну а что делать с тяготением, этим вечным прессом, который постоянно давит на тебя? И всё время ты тратишь только на то, чтобы не поддаться ему — где уж тут просто расслабиться! Ни попрыгать, ни полетать. Нельзя даже найти такое место, где меньше давит. Ведь давит всюду, давит так, что сгибаешься, покрываешься морщинами, стареешь. Ты только посмотри на меня!
— Я смотрю — и стараюсь делать это как можно чаще, — с грустью ответил Фишер.
— Тогда перестань смотреть.
А то присмотришься и бросишь меня. Тогда знай — я вернусь на Аделию.
— Не стоит. Ну порадуешься низкому тяготению — а что потом? Твоя работа, подчинённые, лаборатория — всё останется здесь.
— Начну заново, наберу новых людей…
— И найдёшь на Аделии ту же поддержку, что и на Земле? О чём ты говоришь? Ведь на Земле ты ни в чём не знаешь отказа. Разве я не прав?
— И ты считаешь себя правым? Предатель! Ты не сказал мне, что у Земли уже есть гиперпривод, ты даже не сказал мне, что земляне обнаружили Звезду-Соседку! Ты сказал, что полёт Дальнего Зонда не дал полезных результатов — дескать, измерили парочку параллаксов.
Ты издевался надо мной, бессердечный.
— Тесса, я мог тебе обо всём рассказать, но вдруг тогда ты не полетела бы на Землю? К тому же это была не моя тайна.
— Но потом-то, здесь, на Земле?
— Как только ты начала работать — по-настоящему, — тебе всё рассказали.
— Да-да, мне рассказывали, а я сидела и хлопала глазами, как дура.
