Там действительно был бриллиант с большой буквы.
Подобные распорядитель видел только на выставке в Грановитой палате.
— Из моего прииска. В Израиле гранили. Де Бирсу я не доверяю, лопухи они все, хотят присвоить наши якутские алмазы. Вот им! — и Рублев сложил фигу, показав ее в окно, в сторону Кремля. — Мы все держим под контролем, Де Бирс Де Бирсом, а Якут Саха сама по себе. Ладно, мы поехали. Вечером звони. Кстати, как тебя зовут?
Мужчина тоже подал визитку. Комбат не глядя сунул ее в карман.
— До встречи.
В общем, подбери что-нибудь этакое.
Не зря же я в Москву летел? Да и грузовой отсек в самолете заказал, так что давай, старайся. Я тебя не обижу, Рублев вообще никого не обижает, кроме, конечно, врагов — своих и отечества. Мальчики, пошли! — Комбат дал отмашку рукой и направился к выходу, с презрением поглядывая на иностранцев, которые приценивались к дешевым иконам и кузнецовскому фарфору.
Уходя, он еще раз взглянул на бронзовую скульптуру нимфы и распорядителю показалось, что сейчас этот крепкий мужик остановится, махнет пальцем и скажет:
«Заверни-ка мне эту бабу.
И хорошенько заверни, чтобы не поцарапалась, а мальчики возьмут». Но этого не случилось.
— Так, куда мы едем? — громка, на весь магазин спросил Комбат.
Садясь в машину Альтов сказал:
— Вроде бы вы, Борис Иванович, — все сделали как положено.
— Да меня чуть не вырвало прямо на галстук этому ублюдку. То-то у него глаза заблестели, когда баксы увидел!
— Ну, Борис Иванович, ну. Комбат! — захохотал Подберезский.
— Вот уж не думал, что ты такого крутого сможешь изобразить! У меня временами даже дух захватывало.
— Брось, Андрюша, не век же мне бедным быть! Да и дураков не сложно изображать. А вот если бы по-настоящему, если бы там в горах Афгана или на этом долбанном подпольном заводе такой распорядитель, как этот, оказался, он бы, наверное, в штаны наделал. Помнишь, как мы с тобой там шустрили, как этих гавриков в погонах на уши поставили?
— Помню, Комбат, помню.
Век бы не вспоминать.
— Брось, Андрюха, ведь в горах еще хреновее было!
Скользко, холод, нигде не спрячешься. А тут сидим в тепле, жрем что захотим, правда, чаю хорошего нет.
Машина у нас, как автобус, телефон и все прочее. Неужели, Андрюха, они на самом деле так живут?
— Кто они?
— Эти самые «новые русские».
— Нет, Борис Иванович, не так. Ты круче их будешь.
— Ты это серьезно, Андрей? Альтов, он не шутит?
— Нет, серьезно, — заулыбался Альтов.
