Или вы считаете, что они простят вам полмиллиарда рублей? Я не хочу сгущать краски. Но мне кажется, что вам могут жестоко отомстить...
– Это мои личные проблемы. И мне самому с ними разбираться...
– Но вы же не брали эти деньги?
– Почему вы так думаете? – с вызовом посмотрел на Мразина Тимур.
– Не знаю. Во всяком случае, так кажется... В общем, у меня такое впечатление, что вас подставляют.
– Кто?
– Я думаю, что грабители... Лично я не уверен, что Павел Валентинов имел в качестве талисмана пулю со своим именем и фамилией.
.. Кстати, может быть, вы знаете, был у него такой талисман или нет?
– Я обязательно выясню... А если не носил?
– Если не носил, значит, и не терял... Это могли сделать за него. Те же грабители. Специально оставили пулю в машине. А когда ее нашли, похитили Валентинова и подбросили ему на квартиру удавку... Преступники могли подставить вас, чтобы выгородить себя...
– Почему выбор пал именно на меня?
– А на кого ж еще? Вы же знали, когда банкир Медяков будет везти из Центробанка деньги.
..
– Чечены об этом тоже знали.
– А вы уверены, что это не они умыкнули деньги?.. У них было два варианта забрать деньги из Центробанка. Через банк Медякова. Или похитить их по дороге в этот банк. В последнем случае они могут свалить вину на вас и потребовать обратно свои деньги. Скажите, они еще не требовали деньги обратно?
Требовали. А чечены такие, им русского лоха обуть – за счастье. Только Тимур не лох. И свое кровное отдавать не собирается...
– Вы меня утешили, – усмехнулся Тимур.
– Да где ж я вас утешил, – усмехнулся Мразин. – Скорее огорчил. Дело в том, что ваше положение очень и очень серьезное. Если честно, я и сам не особо верю в то, что вас пытались подставить. Видите ли, преступники избавлялись от своей машины наверняка. Они никак не думали, что ее найдут. И если б не случай, мы бы ее никогда не нашли... Кстати, а нашли ее в Белоречке, под Белокаменском. Это информация к размышлению...
– А чего тут размышлять? – в упор пронизывающим взглядом посмотрел на мента Тимур.
– Меня собираются брать в плотную оперативную разработку?
– М-м, – замялся Мразин. Глазки его хитро забегали. – Видите ли, есть вещи, о которых я не могу вам говорить.
– Сколько?
– Что сколько?
– Сколько стоит эта информация?
– А-а, вы об этом... Видите ли, есть вещи, которые не продаются...
– Тысяча долларов.
– Я не понимаю, о чем вы...
– Две тысячи долларов.
– Вы пытаетесь меня купить? – фальшиво возмутился Мразин.
– Пять тысяч. Это последнее слово.
