Я перевела взгляд на рыжика и удивленно приподняла брови. Мама дорогая! Так это же эльф! Во, блин, а я только заметила! Да уж! Только на третий день заключения индеец Зоркий Глаз заметил, что четвертой стены в тюрьме нет.
— Раинель Арденариен из клана Серебряной ивы.
Арденариен. Как он вообще это выговорил? Не имя, а скороговорка. Эльф с интересом разглядывал меня, а я — его. Высокий, молодой, с длинной рыжей косой, заплетенной без всяких изысков. Красивый, разве что слегка оттопыренные заостренные уши немного портили идеальный образ.
Я заметила, что эльф единственный не назвал свой род занятий. Только Петька сказал, что он некромант, а остальные — нет. Что это значит? Остальные не некроманты? Или Петька аж магистр, а остальные так сбоку припека, только стали на путь некромантии и пока еще непрофессионально режут девушек на алтарях? Мужчины продолжали на меня смотреть, ожидая моего представления.
— Дело все в том, что я не могу назвать своего имени и вообще рассказывать что-то о себе не могу.
Еще в ущелье я решила, что не стану говорить свое настоящее имя, потому, что слышала и читала в нескольких книгах о проклятьях, наложенных, если знаешь имя человека. Кроме того, если я все же представлюсь, думаю, они поймут, что имя не местное, и тогда обнаружится мое иномирное происхождение. В принципе, оно все равно рано или поздно раскроется, но пока я предпочитала иметь хоть какой-то туз в рукаве. Можно было выдумать другое имя, но откуда я знаю, какие у них тут бывают имена?
Реакция на мою фразу последовала незамедлительно.
У седого сузились глаза, а Конан, точнее Амран заинтересовано спросил:
— Почему не можешь рассказать?
— А ты сам как думаешь? — вкрадчиво поинтересовалась я. Да, в моей родословной были евреи.
Здоровяк задумчиво почесал нарост над ухом, а в беседу вмешался Петька, точнее Лоран:
— Расскажи, что случилось после того, как ты очнулась, про это ты можешь рассказать?
Думаю, ничего плохого не случится, если я расскажу им то, что случилось. В конце концов, они могут рассердиться, и перевести меня в подвал или вообще начать пытать.
Так что, хоть какую-то информацию им надо выдать.
— Да, могу. Я видела часть обряда, еще не находясь в теле, видела, как вы ушли, чтобы отбиться от нападения белых. После этого меня засосало в тело, я хотела показать жрецам, что очнулась, но шевелиться было очень трудно. А потом вдруг один из жрецов убил второго, того, который был с бородой. Илай в это время ушел из комнаты.
