Сглотнув, я оторвала взгляд от тела несостоявшегося насильника и посмотрела на того, кто меня спас.
Светлые, слипшиеся от крови, волосы, знакомые голубые глаза…
— Девейд, — выдохнула я, не до конца веря в то, что вижу, — живой.
Из-за спины красавчика озабоченно смотрели близнецы, чуть поодаль маячила спина келрита из боевой четверки. Горло сдавил спазм. Живы! Они живы!
— И какого шхыра, ты вышла из комнаты, куколка?! — зло прошептал мужчина.
Плакать резко расхотелось. Куколка, значит!
— Сказал бы лучше спасибо, потому что не надо с боем пробиваться на четвертый этаж и вызволять меня из комнаты, — огрызнулась я, — как вы живы остались?
— Под кожу можно вшивать не только амулеты, защищающие от ментальной магии.
Магистр де Хаукрорн изготовил для всех костяные пластинки с заклинанием «Ложной смерти», — объяснил Девейд, — но мы не знали, подействует ли они, если надет ошейник и наручники.
Пока он говорил, я собрала на груди обрывки ткани, которые теперь почти ничего не прикрывали. Вот же сволочь, этот пират порвал нижнюю рубашку и верх платья.
— Давай, восстановлю, — предложил мужчина, глянув на мои мучения, — соедини так, как оно было и держи, пока я не закончу.
Потом я с удивлением наблюдала, как стягиваются порванные нитки. Пару минут и не заметно, что платье когда-то было порвано.
— Теперь идем в подвал, — скомандовал Девейд.
Первый раз я видела, как работает боевая четверка. Что сказать? Не зря Уорн назначил Девейда начальником охраны. Я даже не всегда улавливала, когда они двигались.
Все четко, спокойно, слажено. Перед входом в подвал они убрали одного пирата, а внутри еще троих, и все за несколько секунд. На трупы я старалась не смотреть. Не время быть слабой и не место."
"В камеру к побратимам меня не пустили. Узкий коридорчик, низкая дверь, я бы там только мешалась. Сначала из камеры вышел маг-портальщик, без ошейника и наручников, потом Амран. Не знаю, как так получилось, но уже через мгновение я обнимала его, прижималась к его твердому телу, гладила, вдыхала его запах.
Сейчас с примесью крови и чего-то кислого, но все равно знакомый как будто бы много лет. Родной запах. Как он за такое малое время стал мне родным и дорогим, я не знала, просто чувствовала.
— Тише, тише, — шептал Амран и гладил меня по голове, спине и плечам.
И только в этот момент я поняла, что всхлипываю. Каким-то нереальным усилием я загнала рыдания внутрь себя и отлепилась от Амрана. Не время. Сейчас я только мешаю.
