А эльф мне понравился, хоть и вёл он себя не очень-то галантно. Но его напористость подкупала. Меня всегда восхищала бескомпромиссная уверенность в себе.
После ужина братья проводили нас до дверей комнат. Лиля пригласила Натара внутрь, а мы с Лимаром несколько неуклюже распрощались в коридоре.
Войдя к себе, я с досадой подумала, что эльф даже не попытался со мной связаться. Это было обидно. В душе взметнулось желание его увидеть, за несколько дней в лесу он стал почти родным. Кроме того, мне до ужаса не хотелось верить, что Танарил меня просто использовал, и между нами больше ничего не будет.
Оставшись в одиночестве, я убрала по местам все вещи, которые мне сегодня достались, и в очередной раз поразилась их красоте и качеству.
Тёплая, уютная ткань костюма была приятной на ощупь, перчатки из тонкой синей кожи сели идеально. Тёмно-серые сапожки с маленькими пряжками и нарядными металлическими заклёпками на голенище выглядели стильно даже по нашим, земным меркам. Бельё из тонкого кружева хоть и не было эластичным, но выглядело более-менее современно.
Тончайшие шортики и обтягивающая грудь маечка на мне смотрелись отлично. Все ткани были качественные и красивые.
Танарил
Я с отвращением осматривал выданные вещи. Ужасное качество, насколько криворукими нужно быть, чтобы сшить такое убожество? У рубашки подмышкой торчала нитка, дырки на ремне были проколоты на разном расстоянии друг от друга, и я говорю не о недопустимой погрешности в толщину волоса, а о невообразимой разнице в толщину ногтя! Кто это делал? Слепой кожевник?
На подошве сапог была царапина.
На выданном мне ноже (кинжалом это нельзя называть, таким орудием даже овощи на кухне стыдно чистить) лезвие заточено так, что не режет не только падающий на него волос, но и гораздо более тяжёлое перо.
С таким качеством товаров в Великом Лесу эти торговцы давно бы разорились. Никто бы не купил брюки с неровным внутренним швом. Ни один из перворождённых никогда бы не отдал деньги за такое! Даже сделанное мною из опавших листьев покрывало было лучшего качества, чем местные ткани!
Только сейчас я начал понимать весь ужас своего положения и почему изгнание считалось наказанием.
Вокруг были люди, которые называли меня сидхом. Почти все выше ростом, коротко стриженные, черноволосые и черноглазые.
Этот деревенщина Лимар и вовсе принял меня за женщину! От возмущения я буквально кипел, но и отомстить ему толком не мог.
