Уж не знаю, как сложилась жизнь у него, у Катьки, но, как бы то ни было, они все эти тридцать лет жили, смеялись, влюблялись, растили детей. А у Жени ничего этого уже не было.
Олег бросил на нее взгляд, такой быстрый, что погруженная в свои думы Юля его даже не заметила, а вот Вероника оценила — и сам взгляд, и проскользнувшую в нем легкую иронию. Интересно, что же такого смешного в словах жены мог найти этот надежный и основательный мужчина?
— Про жизнь и смерть участников этой истории мы потом поговорим, — сказал он.
— А пока предлагаю закончить то, за что уже несколько раз принимались неизвестные злоумышленники. И то, что мое появление помешало закончить моей смелой и решительной жене.
— То есть? — не поняла Вероника, а вот Юлия сразу догадалась и даже в ладоши захлопала.
— Ты считаешь, что мы должны найти спрятанный в доме клад? — спросила она."
"— Да, считаю, — ответил Олег. — Все, что происходит в Сазонове, связано с поисками давно запрятанного сокровища.
И лучший способ это остановить — найти его первыми. Склонен согласиться со своей женой, что речь идет о золоте, украденном Алексеем Ракитиным с прииска Гастелло. Кстати, Юляша, а почему ты решила, что искать его нужно в подполе? Не на чердаке, не в доме?..
— В дневнике Жени написано, что золото было спрятано в выдолбленном изнутри березовом полене, — медленно сказала Юля. — У Жени оставалось не очень много времени спрятать свою находку. Она уже знала, что покончит с собой, поэтому прятать требовалось так, чтобы клад было не так уж легко найти.
Но при этом зашвырнуть его в реку у нее все же рука не поднялась. Она открытым текстом написала, что спрятала это в доме. Сначала я думала, что на чердаке, потому что там навалена куча всякого ненужного барахла. Но когда я поднималась наверх, то не видела никакого полена. А должна была, потому что там оно смотрелось бы чужеродно.
Олег с легкой улыбкой смотрел на нее, видимо, гордился ее рассуждениями, а Вероника слушала затаив дыхание, впрочем, как и Василий Васильевич, не упускающий нить повествования.
Ободренная их интересом, Юля продолжала.
— В общем, я вспомнила Эдгара По, — с легким смущением сказала она. — Лист легче всего прятать в лесу, а труп — на кладбище. Понимаете? В хозяйстве Алексея Грушина березовые поленья, которые он вылавливал из реки во время сплава, распиливал и складировал на черный день, хранились именно в подвале под домом.
