Он быстро закрыл полость, словно стеснялся такого огромного количества продуктов.
В ее пакетах оказалось молоко, сметана, творог, десяток яиц, мороженая курица, примерно с килограмм говядины, связка бананов и крупные красные глянцевые яблоки. Сверху лежала большая коробка конфет – в знак извинения.
– Нет-нет, денег не возьму, – замахал руками сосед, когда она сказала, что сейчас отнесет продукты в дом и заодно принесет кошелек. – Ты уж прости меня, Ирочка. А то так стыдно, что мочи нет.
– Да ладно, Полиект Кириллович, – великодушно сказала Ирина, – я уже забыла.
Плохое настроение у всех бывает, я же понимаю.
Повеселевший сосед укатил к своим воротам, а Ира отнесла продукты в дом, разобрала их в погребе, приготовила задуманный холодник, накормила Ванечку, уложила его спать, а сама затеяла небольшую стирку. За домашними хлопотами тянулся своим чередом летний день, очередной день ее жизни в деревне своего детства. За привычными хлопотами и возней с ребенком Ирина даже и не заметила, как день перетек в вечер.
Включив Ванечке игрушку на своем планшете, она выскочила на улицу, чтобы выплеснуть ведро с помоями. Из соображений гигиены делала она это на другой стороне улицы, в канаве у нежилого дома, где до них никак не мог добраться сынишка.
Перебегая дорогу, она невольно повернула голову в сторону куликовского дома, зафиксировав ставшую привычной за эти недели картину.
На краю деревни Полиект Кириллович удалялся в сторону леса, неся два больших тяжелых термоса с едой.
За ним, виляя хвостами, весело бежали собаки, предвкушающие вечернюю прогулку и кормление. Ну да, правильно. Сейчас шесть часов вечера.
Стоп. От неожиданно пришедшей в голову мысли Ирине стало так жарко, что сарафан, на который она еще днем сменила «парадную» свою футболку и джинсы, прилип к ставшей влажной спине. Зачем сосед берет на прогулки еду в термосе, если он выписывает по почте готовый сухой собачий корм?
В памяти встали огромные кастрюли, которые ворочала на плите Светлана Георгиевна.
Ряд молочных пакетов и огромное количество мяса и хлеба в коляске мотоцикла, три пирога размером с полстола, каждый из которых в первой половине дня уже был съеден наполовину. Два пожилых человека не могли осилить столько, да и термосы с горячей пищей, два раза в день относимые в лес, не могли предназначаться собакам. Тогда кому?
Ответ напрашивался сам собой и был таким ужасным, что Ирина даже зажмурилась.
