Никогда никто ей не помогал, и вот тебе, пожалуйста, нашелся человек, который сказал те слова, которые были для Ирины ценнее самых роскошных букетов, бриллиантовых колец, дорогих шуб и загородных особняков.
«Я за тебя отвечаю!»
Внезапно Ирине захотелось плакать. Горло сдавило так, что было больно дышать. Она даже рот открыла, чтобы в него лучше проходил свежий лесной воздух, пахнущий листвой, хвоей, мокрым торфом и сфагновыми мхами. Вся последующая жизнь, очертания которой скрывались в мрачном тумане, стала вдруг ясной, четкой, понятной, как будто увиденной в стеклянном шаре знаменитой гадалки.
В гадалок здравомыслящая Ирина не верила, но в воображаемом шаре все равно отражался Ванечка, едущий верхом на мощных плечах Александра, его первый звонок, а рядом маленькая девочка, которую Ирина держит за руку, их общая с Веретьевым дочка. От исходящего от шара мягкого свечения Ирина и сама не заметила, как уснула.
Утром, сразу после завтрака, отряд собрался на экстренное совещание. Нужды сворачивать лагерь и перебираться в деревню после задержания преступников больше не было.
Из-за этого обстоятельства Ирина немного закручинилась, но Александр улыбнулся ободрительно, и ее грусть как рукой сняло. Поисковые работы было решено продолжать. Веретьев обосновал это необходимостью не опускать руки в поисках еще и Павла Головина, следы которого терялись где-то на болоте, но по блеску его глаз Ирина видела, что он имеет в виду не только старого друга. В бирюковских болотах его явно удерживало что-то еще.
Снарядив своих ребят на раскопы и назначив дежурных по лагерю, Веретьев сам остался с Ириной, чтобы проводить ее в деревню.
– Да мы и сами дойдем, – слабо протестовала она. – Тут же близко, да и не угрожает нам теперь ничего.
– Да мне все равно нужно у вас кое с кем встретиться, – непонятно объяснил Александр, и она сразу замолчала, просто радуясь перспективе провести с ним еще немного времени.
В деревню добрались часам к десяти утра и тут же были встречены возвращающимся из магазина на мотоцикле Полиектом Кирилловичем.
– А я тебе не купил ничего, – сокрушенно сказал сосед. – Не знал, что тебе нужно. Утром зашел, стучал-стучал, ан нет, все заперто. Ночью тут полиции столько понаехало, говорят, душегубов тех окаянных задержали, а вы-то и прогуляли все.
– Мы их и задержали, – довольно сухо сообщил Александр. – Так что в курсе. Ира, если тебе в магазин надо, то я сейчас машину заберу, и мы вместе в Соловьево съездим.
