Глава 2
К одиннадцати часам утра Кошкин был готов к рандеву – тщательно выбрит, камуфляж почищен, берцы надраены. В руках он держал огромный букет цветов. Объявившийся Мачо, осклабившись, хрюкнул.
– Будешь хихикать, получишь в глаз, – пригрозил Иван. – На свидание к девушке идем, понимать надо.
Мачо вскинулся:
– Да ты чо, Романыч, это же железяка, компутер!
– Балда ты, Илюха, невнимательная! Неужели не понял, с нами общалась полноценная личность. Не удивлюсь, если окажется, что матрицу перенесли в Искин с конкретного человека, с какой-нибудь молодой девушки.
Илья надолго задумался и разговорился только при подходе к холму:
– Все может быть, а мы сейчас у нее и спросим.
Вход оказался открытым – видимо, их ждали.
После часовой беседы Искин вдруг предложила остаться одному Кошкину, вежливо извинившись и распрощавшись с Юсуповым.
Ивану она откровенно призналась, что он ей больше нравится, да к тому же такой внимательный – цветы преподнес.
Только тут до него дошло:
– Искин, значит, ты нас не только слышишь, но и видишь?
Хозяйка звонко рассмеялась:
– Конечно, у меня сенсорные датчики выверены не только внутри крейсера, но и снаружи.
– А как ты оказалась с половинкой корабля внутри холма?
– Сама не знаю, видимо, следствие перехода.
– Хорошо, не на дно моря угодили.
– Иван, я правильно поняла, что вы скоро отправляетесь в плавание?
– Да, все так.
– Ага, наладились, значит, на родину, на Русь.
– Ну да, чего нам здесь торчать.
– Иван, у меня огромная просьба. Обещай, что выполнишь.
Кошкин внутренне помялся, но так хотелось помочь хоть чем-то существу, запертому в метровый шар из бронебойного хрусталя, что он сказал:
– Конечно, о чем речь.
– Ура, ура, ура! – донеслось со всех сторон. – Я так счастлива! Я не ошиблась в тебе. Ты прекрасный человек.
Затем без всякого перехода нежным голоском изложила свою просьбу:
– Мальчики, возьмите меня с собой. У вас со мной проблем не будет, а польза огромная.
Кошкин попытался вяло отбрыкаться: мол, путешествие – дело опасное, можно утонуть, да и пираты опять же.
– Ай, какая ерунда, – отмахнулась Искин. – Иван, ведь я не забавы для прошусь с вами в большой мир. Моя мечта – обрести физическое тело и жить полноценной человеческой жизнью. Ты не представляешь, как мне тяжело в хрустальной тюрьме. Помоги, пожалуйста.
Послышался тихий плач. Этого Кошкин перенести не мог. Он подскочил к окошечку, принялся его бессознательно гладить и успокаивать Искин:
– Не плачь, пожалуйста, не рви мне душу.
