Напоследок задали программу резервному компьютеру, а также сообщили ему звуковой пароль: «ДШБ 2010, Кошкин и Юсупов». Теперь только по нему откроется вход в пещеру и дверь «Пересвета». Много чего не могли демонтировать и упереть чисто технически, да и каракка не резиновая.
Илью особо удручал один факт – невозможность забрать с собой носовые пушки, ввиду их неподъемности. Он долго недовольно крутил головой и втихаря матерился. Вождю Мо подарили двадцать корабельных пушек на маленьких колесиках с запасом ядер и пороха, а также несколько мушкетов и пистолетов.
С десяток дней обучали аборигенов огненному бою, правда, без особого успеха. Экипаж судна давно освободили от колодок, и матросы носились по палубе, что наскипидаренные, выполняя приказы новых хозяев. Португальцы просто-таки боялись этих двух русских с холодными глазами убийц. Им хватило одного наглядного примера – Толстяк Педро и Кривой Энрике вякнули на свою голову по поводу передачи пушек неграм: мол, останемся с голым задом, без вооружения.
В общем, раскритиковали действия хозяев, а зря – услышавший их русский, с забавным именем Илия, убил матросов голыми руками двумя неуловимыми ударами в горло, после чего приказал выбросить трупы за борт на корм крокодилам. Добавив при этом, что длинные языки будут отрезать вместе с глупыми головами. После чего все ужаснулись, лишние разговоры прекратились, и экипаж молил Бога о скорейшем окончании плавания.
Наконец по усиленным сходням загнали на палубу «Десантник» и закутали его в брезент.
Он занял все свободное место между обеими мачтами.
Пришел день прощания, тсонга закатили пир в честь отплытия белых богов. К удивлению парней, вождь Мо приказал десяти воинам и переводчику Уно сопровождать их в нелегком путешествии в качестве телохранителей.
После полуторамесячного пребывания в Мозамбике Кошкин с Юсуповым на карраке отчалили и подались вон от осточертевшей африканской экзотики. Племя тсонга в полном составе стояло на берегу – провожали, махая руками, некоторые даже плакали.
По знаку вождя рявкнула пушка, выстрелив холостым зарядом. В ответ бухнула носовая пушка, окутавшись дымным облаком. Матросы подняли прямые паруса, и ветер, надув их, погнал «Божий промысел» вниз по Лимпопо. Через день плавания вода посинела, берега остались позади – судно вышло в Индийский океан.
Повернув направо и оставляя берег материка в прямой видимости, каракка ходко пустилась в дальнее плавание.
