– Молодец! Цел? – Батька охлопал своего человека, осмотрел.
– Не ранили, а вы сами как?
– Чтобы эти смерды да по нам попали, им козе горло перерезать – и то промахнутся, – презрительно сплюнул Клек.
– Батька, нужно ведьму догнать, она в подземный лаз ушла. Наська скорее всего с ней и жена Вакулы. Спешить надо.
– Наська – это кто такая?
– Ну племянница Вакулы, внучка Житко. Ее ведьма с собой уволокла.
– А вот оно что, эту стерву отпускать нельзя.
– Спешить надо!
– До дома добирается не тот, кто спешит, а тот, кто поспевает.
Кого это там южанин тащит?
– Это тать главный тут, Шишкоед, он тоже сбежать хотел, но я не позволил.
– Это хорошо, оставьте его пока здесь.
Но еще оставались около двух десятков пленных и примерно столько же раненых, большая часть из которых не доживет до утра или останется инвалидами. Большую часть матерых разбойников обережники побили в начале схватки, остались в основном смерды, которых привел за собой один жрец. Тот самый Бурислав, должно быть. И со всем этим хозяйством надо было что-то делать.
Среди пленных, сбитых гуртом у стены, Данила разглядел знакомую голову, перевязанную окровавленными полосами ткани. К ней как раз направлялись двое гридней, раздвигая людей, как нос корабля воду.
– Дядька, тебя не ранили? – К гридням подбежал Гаврош. – Осторожнее ведите, это боярин.
– Цел я, тебе что за забота, изверг?
Гаврош встал как вкопанный, потемнел лицом."
"– Ты рот свой попридержи, Деян, – голос Воислава ударил, как хлыст. – Только стараниями Гавроша ты еще и жив, и не на дыбе.
Учти, за бунт твой ты виру еще платить будешь князю и ответ держать будешь на суде. А там уж… ты лучше скажи, ты и впрямь решил, что князь все так спустит? Ты под мечи Руси людей своих погнал.
– Чего уж, дело прошлое…
– Благодари племянника, он тебя от беды отвел.
Боярин подавленно молчал. Покорно шел за гриднями, те, надо сказать, его не сильно заламывали.
– И тебе спасибо, Воислав, за суд твой… справедливый, – напоследок сказал Гаврош, каждое слово давалось непросто гридню.
– Я живу по Правде и по законам моей Веры. Стараюсь жить; если все мы будем так делать, то и крови меж нами не будет. Ступай с миром! – напутствовал Воислав, гридень лишь слегка склонил голову в поклоне и пошел за своим старшим родичем. А у батьки оставались еще дела.
– Клек, Бенем, приведите-ка мне того хлопца. Кто у татей был главным. Поговорить мне с ним надо.
– Не убивайте меня! – первое, что попросил пленный разбойник.
