Тащили его долго, успело стемнеть, когда Данила услышал скрип открывающихся ворот. Его занесли и бросили на утоптанную площадку, освещенную факелами и загаженную свежими костями, как после пиршества.
– Хвоста не привезли? – спросил мерзкий гнусавый голос.
– Что ты, батька, три раза петли закладывали, ни одна собака не учует.
Данилу покоробило от того, что какого-то урода называет батькой другой вонючий урод. А ведь он вонючий, хоть сам об этом не знает.
– Все хорошо, Шишкоед, – раздался другой голос, неторопливый, низкий.
– Мы по их следам людей отправили, никого они не увидели.
«А, Шишкоед, ну ублюдок, у тебя давно висит должок ко мне и Шибриде с Клеком. И лучше бы для тебя, чтобы я долг взыскивал, а не варяги», – размышлял Данила.
Ему стало интересно, и он извернулся посмотреть на него.
– О, шевелится, живой. Вы не сильно его зашибли? – спросил все тот же голос.
– Обижаете, все сделали как положено. Сейчас в себя придет.
– Руки развяжите, – прохрипел Молодцов, сплевывая вместе со слюной вкус тошноты изо рта.
– Ты чего еще заговорил? – Снова мерзкий голос, носок сапога толкнул Данилу в плечо, он опрокинулся на спину, зато смог разглядеть пнувшего его.
Тонкий нос, сломанный посередине, узкие поросячьи глазки, смотрящие с ненавистью и жадностью, тупое и злое выражение лица. Словом, тварь, которую так и пришибить охота.
– Молчи, пока не прирезали, – прошипел он."
"– Вы меня не прирежете, а руки и ноги лучше развязать, не то расстроится сами знаете кто.
– Это верно, батька, давно его связали, – виновато сказал один из братьев.
– Да и что он сделает, безоружный-то?
– То и сделает, что уды вам поотрежет. Ослабьте путы и приглядывайте за ним, что выкинет, шкуру спущу. А ты, Бурислав, иди за госпожой.
Данила хорошо понимал, кто такая «эта», хотя даже имени той ведьмы не знал, но очень скоро ему стало не до того, потому что палку из веревок вынули, путы ослабили, и конечности прокололи тысячи игл. Молодцов стиснул зубы, через шипение ослабляя боль.
– Вот, а говорил крепкий, опасный, – пренебрежительно сказал схвативший его.
Данила запрокинул голову, чтобы разглядеть место, куда его привели. Увидеть удалось мало, какие-то приземистые строения, земля кругом истоптана. Судя по звукам и запаху, вокруг полно людей, но точно не то капище, куда прошлым летом заманили его и Шибриду с Клеком. Из одного сооружения наподобие чума вышла скорее всего женщина с рогатой шапкой на башке.
